Лето 1943 для партизан на территории БССР выдалось жаркое. Враг кинул на уничтожение партизан десятки тысяч карателей, а также применялись танки, артиллерия и авиация. Их операция имело кодовой название «Герман».
Бои с превосходящим по численности противником длились уже около месяца. Из отрядов начали поступать тревожные сообщения. Боеприпасы на исходе. Кончилось продовольствие. Не хватает медикаментов.
Фашисты смертельной петлей стягивали кольцо блокады вокруг северо-западной части пущи, где неподалеку от хутора Козья Пена размещались подпольный обком партии, штаб соединения, аэродром. В этом районе держали оборону партизаны бригады имени Чкалова. Сюда под натиском превосходящих сил врага, отстреливаясь, устраивая засады и лесные завалы, отходили бригады и отряды. Здесь находились обозы с ранеными и больными, женщины, старики и дети, бежавшие под защиту партизан. Положение — хуже некуда.
Враг торжествовал. Теперь с партизанами будет покончено! Над лесом кружилась «рама» (двухфюзеляжный разведывательный самолет), разбрасывая листовки: партизанам предлагали сдаться в плен.
Командование соединения собралось на военный совет.
— Выход один — идти на прорыв, — сказал Чернышев. Его поддержали В. 3. Царюк, С. П. Шунепи, Д. М. Армянинов и другие.
Разделились на две группы. С одной пошел Чернышев, с другой — Царюк. Весь оставшийся боезапас отдали автоматчикам, поставленным во главе прорыва.
Ночью перебрались через, казалось бы, непроходимые болота. На рассвете, когда под ногами начала земная твердь, вдруг послышался хриплый лай собак: каратели, растянувшись цепью, шли по направлению к болоту.
— Стрелять только тогда, когда подойдут вплотную! — предупредил Царюк.
Все ближе и ближе вражеские цепи. Партизаны маскировались в кустах, зарослях камыша и осоки, приготовили оружие. Кое-кто, запасшись камышинкой, нырнул в болотную торфяную воду. Каратели, ничего не заметив, прошли стороной.
Промокшие насквозь, с ног до головы в болотной тине, Царюк и сопровождавшие его бойцы выбрались из трясины. Владимир Зенонович посмотрел на себя, оглядел свое воинство и рассмеялся.
— Теперь мы и впрямь болотные солдаты. — Чувство юмора всегда выручало его в тяжелые минуты. Он и теперь старался шуткой ободрить партизан. Смеялся Царюк, смеялись хлопцы. Целые и невредимые, они вырвались из кольца, сохранили оружие. А это — главное. Сейчас обсохнут, отдохнут — и снова в бой.
...Болотными тропами, через зыбучие плывуны и трясины, которые белорусы метко называют дрыгвой, выбрались все партизаны, вынесли раненых и больных, вывели мирное население. Где просочились незаметно, где с боем, пустив в ход штыки и гранаты, разящий автоматный огонь. И навалились на врага с тыла.
А по окрестным деревням оккупанты разбрасывали листовки, в которых говорилось, что с «лесными бандитами» покончено. Какова же была радость крестьян, когда они увидели, как партизаны, живые и невредимые, выходят из леса!
Операция «Герман» не принесла фашистскому командованию ожидаемых результатов. По существу, она провалилась. Тем не менее ее руководители опубликовали реляцию: «Все партизаны уничтожены. Командующий партизанами, в прошлом крупный партработник Платон, с группой своих приближенных прорвался из окружения на танках, но был настигнут нашими доблестными войсками СС и убит».
— Вот это да! Врут и не краснеют, — засмеялся Василий Ефимович. Став серьезным, добавил: — А теперь посчитаем наши потери и потери врага…
В боях пало около ста тридцати партизан. Их похоронили с воинскими почестями, а на лесных безвестных могилках поставили скромные обелиски с красными звездами.
Оккупантам соединение нанесло ощутимый урон. Партизаны уничтожили немало гитлеровских солдат и офицеров, подбили десятки автомашин, танков, броневиков. Кроме того, подрывники пустили под откос тридцать семь вражеских эшелонов с живой силой и боевой техникой. Были захвачены богатые трофеи. Отвлекая на себя крупные силы врага, уничтожая его живую силу и технику, партизаны тем самым оказывали большую помощь Красной Армии, которая в это время сражалась с гитлеровскими войсками под Орлом и Курском.
Оккупанты хотели уничтожить партизан, зверскими расправами запугать и привести к полной покорности местное население, но добились обратного. Народ еще активнее вел борьбу с захватчиками.
Барановичское соединение, вновь созданные отряды и бригады прошли суровую проверку — проверку боем, успешно выдержали ее, показало жизнестойкость и высокую боеспособность. Это был экзамен и для Царюка. Он зарекомендовал себя настоящим партизанским командиром.
Понравилась статья? Поставь лайк, поделись в соцсетях и подпишись на канал!