РАБОТА ИЗНУРЯЮЩАЯ, С РЕЗУЛЬТАТАМИ НЕСКОРЫМИ

Продолжение......

Но всё, что ни делается, делается к лучшему. Отдышалась я от слов дерзких колючих, призадумалась: плохого не пожелает, не тот человек, чтоб просто так обидеть. И подтолкнула её выступление, заведомо сознательно спровоцированное, на новые, доселе мне не виданные трудовые подвиги.

Да и какая я, к чёрту, русская, если не буду грызть землю зубами. Вот и вывела меня гостья дорогая из положения жалости к самой себе.

А вот мальчику такого внимания оказана не было. Я видела, как плакала его мама, когда его выписывали домой, палата наша ходила ходуном от её материнского горя и растерянности перед новой жизнью. Она рыдала, а плафон, пристальный объект моего внимания, вздрагивал и качался в такт послания с небес: "Ох, люди, люди, что вы делаете!".

Знаменитый русский невролог, психиатр и психолог Владимир Михайлович Бехтерев в своих работах отмечал: "Всякий знает, какое магическое оздоравливающее действие может приобрести одно утешительное слово со стороны врача и, наоборот, как иногда убийственно... действует на больного суровый холодный приговор врача, не знающего или не желающего знать силы внушения".

Её плач так и остался в моём сердце, возможно, тогда, в те дни, и посеялись в моей израненной душе первые зёрна моей книги.

Она была не подготовлена, в первую очередь, сама ни психологически, ни физически. В нашей стране нет такого института, как помощь в таких, к сожалению, ситуациях. Нет помощи родственникам. Что очень печально, хотя люди человеческого участия со стороны государства вроде бы заслуживают, они верой и правдой ему служат, создают материальные и духовные ценности всю свою жизнь и головы не жалеют, если надо. У нас трудных больных выбрасывают на произвол судьбы. У нас страна такая, особенная.

Некоторые способны всё организовать, а некоторым по природе не дано, как той маме. Моих помощников и то трясло.

Позже я попытаюсь найти эту маму, так её горе задело меня, но, позвонив во всевозможные рестораны, где она могла работать, я её не найду.

Мальчик был капризным, я его за это не осуждаю, не он виноват, с ним надо было работать и много работать. Он ребенок, входящий в жизнь без жизненных университетов. Детям сложнее в миллион раз, чем нам, взрослым, дорогие мамы и папы.

У меня же был врач-умница, тактичный, обходительный, красивый, и совесть была не потеряна в угоду высшему начальству, вот и лишились мы его под конец нашего пребывания. А пока я вкалывала: закрывала глаза и делала упражнения для головного мозга. Зрачки поднимала вверх-вниз. Вращала ими по часовой стрелке, затем – против, и так много-много раз.

Или я выдыхала медленно воздух из себя, задерживала дыхание, стараясь хоть какие-то крохи секунд не думать ни о чём, разрешая мозгу отдохнуть, что для него было очень важно, как и для меня самой.

Есть яблочко, пирожок я уже могла, но выше носа руки не поднимались, началась уже контрактура в плечевых суставах.

Лежание два месяца с фиксатором на шее очень многое осложнило, сила мышц ослабла до критической точки – и это при том, что в покое я не была. И если б за мной не ухаживали, то умереть было нетрудно.

Поэтому и приводил Владислав Михайлович своих студентов к моей койке. Власовские гены работали чётко: в трудолюбии мама места первого не уступала по жизни никому. Военные годы поколение наших матерей закалили основательно.

Старались все: делали массаж, но далеко не достаточный. Мы не понимали в медицине тогда ничего. Мне разрабатывали руки, «заламывали» их назад, за голову, у меня искрилось в глазах, я кричала от боли, но меня не слушали.

И много раз это было правильно, со стороны моих «мучителей», без которых я бы просто сгнила. По России таких случаев не один и не два, я сама знаю несколько.

Но перетрудились. Застудили мышцу на левой лопатке, а то, что мышцы могут отключаться, я не знала. И даже одна неработающая мышца тянет за собой другие, создаёт дискомфорт в движениях, что и приводит к неприятностям. Учебника анатомии перед нами не было, институтов не проходили, а зря, элементарные вещи про своё тело человек знать должен, тем более при получении высшего образования. Хотя бы элементарный грамотный массаж должен уметь делать каждый человек, пусть хоть и теоретически – в жизни всё пригодится. Мы были дураками, но ангелы-хранители подсказывали, что застуживать спину нельзя, и заставляли кричать, и я кричала на всю больницу, просила помощи инстинктивно, не понимая ещё полной беды.