"Мужчины добрее женщин", - убежденно сказал мой знакомый, прочитав эту статью. Примерно такая же мысль каждый день приходила в голову Алексею Баталову на съёмках прекрасного фильма "Дама с собачкой". Никто лучше Алексея Владимировича не смог бы сыграть русского интеллигента, причём влюбленного и страдающего.
Видимо, режиссёр Иосиф Хейфиц вполне отдавал себе отчёт в этом, но не знал пословицы "Лучшее враг хорошего". Для консультации он пригласил целых трёх старорежимных старушек, которые всем и всегда были недовольны. Шляпу Баталов одевал не comme il faut, при ходьбе вульгарно косолапил, что русскому интеллигенту не к лицу, говорил не так, стоял тоже невпопад. Баталов никак не мог с ними договориться.
А ведь Алексей Владимирович имел опыт общения с пожилыми дамами с трудным характером! Некоторое время в одной квартире с его семьей жила Анна Ахматова, которая дружила с Фаиной Раневской, и это был ого-го какой дуэт. И молодой Алёша прекрасно с ними ладил и вспоминал, как сразу после окончания войны Анна Андреевна попросила его отвезти на своём "Москвиче" в одно очень важное для каждого русского поэта место.
Оказалось, это Царское Село. Там всё было разрушено, разбито, всё заросло. А Ахматова хотела прикоснуться к скамейке, где сидел Пушкин, "услышать" поэта. И это казалось Баталову совершенно естественным.
Но эти старухи были невыносимы! Каким-то образом они заразили свой бескомпромиссностью Иосифа Хейфица, и тот стал особенно придирчиво следить за походкой Баталова и постоянно его одергивать. А ведь роль драматически непростая, да ещё грим, костюм... Баталов совсем задёргался и всё время ожидал подвоха от вредной троицы аристократок.
Спасение пришло неожиданно.
Для натурных съёмок киногруппа приехала в Ялту. Где-то Хейфиц нашёл древнего старика, который в молодости был лодочником и неоднократно возил самого Чехова. Дед пришёл на съёмочную площадку, молодым блестящим взглядом оглядел старух, поджавших губы - фи, какой-то лодочник!
И тут он увидел на съёмочной площадке Баталова и радостно заулыбался. Повернулся к Хейфицу и восторженно сказал:
- А шляпа-то, шляпа у него точно как у Чехова!
Тут Баталов встал и пошёл. Лодочник закричал радостно:
- И косолапит, как Антон Палыч!
Бабки были посрамлены. Хейфиц не имел больше никаких претензий к актёру, ведь теперь он был вылитый Чехов!
Советская критика всё равно было недовольна экранизацией, выбором произведения, актёрами. Главным аргументом было глубокомысленное: "У героя двое детей, а он ходит к какой-то дуре с собачкой!".