Сегодня расскажу вам про то, как Лувр за громадные деньги купил подделку работы безвестного на тот момент одесского ювелира. Вообще, вот это всё про подделки, вечный вопрос копии и подлинника, грани между искусством и ремеслом всегда ужасно интересно, но этот скандал начала века кажется мне симптоматичным, потому что отражает, простите за пафос, дух времени c его великими открытиями и громкими авантюрами, удачливыми дельцами и гениями «из низов», посрамленными снобами и прославленными мошенниками.
В 1873 году Генрих Шлиман находит «клад Приама» в Трое, в 1877 уже весь мир восхищается «маской Агамемнона» и микенским золотом из шахтовых гробниц, и, в общем-то, уже можно твердо говорить о новой волне моды на всё греческое, античное, которая достигнет своего апогея в первой четверти XX века, вместе с открытиями Артура Эванса. Видимо Франции на тот момент ужасно хотелось заполучить не менее резонансные находки, чем доставшиеся Афинам, Берлину и Лондону, и подстегиваемый желанием не уступать соседям, Лувр в 1896 году приобретает через посредников у купцов из России уникальный артефакт – тиару скифского царя Сайтаферна. Цена заплачена мягко говоря не малая — 200 000 франков, на которые в то время можно было купить, например, 58 килограммов золота (а на изготовление тиары пошло всего 500 граммов драгоценного металла). При этом Лувру пришлось получать специальное разрешение Парламента и просить помощи у меценатов.
Тиару с надписью «Царю великому и непобедимому Сайтаферну. Совет и народ Ольвии» довольно скоро торжественно выставили в музее, и тут-то начались проблемы. Прибывающие полюбоваться роскошным украшением, сделанным мастерами из Ольвии в дар скифскому царю, эксперты стали сомневаться в её подлинности. Например, по мнению профессора археологии и директора Мюнхенского антиквариума Адольфа Фуртвенглера, серьезнейшей ошибкой было изображение богов ветра Борея, Нота, Евра и Зефира в образе детей, в то время как в античной традиции они всегда предстают настоящими атлетами.
Но ряд крупнейших учёных Франции: Рейнак, Мишон, Бенуа, Молинье — безоговорочно признали тиару подлинной, так что споры продолжались, пока в Париж не прибыл одесский ювелир Израиль Хацкелевич Рухомовский, предоставив в доказательство своего авторства эскизы. Также он для демонстрации мастерства изготовил на месте часть декора, идентичную тому, что был на тиаре. Сомнения были развеяны, и вот уже весь мир обсуждает, как Лувр был обманут на кругленькую сумму.
Самого автора, кстати, не наказали, так как он не участвовал в продаже и утверждал, что не знал о целях своих заказчиков, а потом даже наградили золотой медалью «Салона декоративных искусств». Так что тиара до сих пор стоит в Лувре (правда уже с другой подписью), где её создатель даже некоторое время работал реставратором, а в Одессе на доме номер 6 по улице Осипова четыре года назад была установлена мемориальная доска в память о виртуозном мастере Рухомовском. А газета «Одесские новости» в 1903 году даже разразилась вот такими незатейливыми виршами:
Какой скандал, весь новый свет
Взволнован беспримерно,
И воспевает хор газет
Тиару Сайтоферна.
Большой скандал в Европе всей
Наделал много шуму,
Дал за тиару Лувр-музей
Громаднейшую сумму.
И вслед за ним молва пошла,
Раздался голос прессы.
Тиара сделана была
Гравером из Одессы.