Мы вышли из подъезда. Начинался день. Осеннее солнце уже походило на свет энергосберегающей лампочки, светило, но не грело, как еще неделю назад.
Перед домом на скамейке сидели соседские бабушки. Я поздоровалась, но ни одна из них мне не ответила. Есть же шутки, про бабулек, которые сидят перед домом и всех проходящих обсуждают – вот это конкретно мой случай! То, что я жила одна, знали все в моем подъезде. И когда бы я ни проходила мимо, мне в след, кроме стандартного «проститутка», еще и всегда прилетало «Понятно, куда идет! Вон как вырядилась!»
Ругаться с ними было бесполезно, вся эта старперская банда плотно сидела на валидоле, и одно мое неверное слово могло спровоцировать мхатовскую постановку сердечного приступа со всеми вытекающими отсюда последствиями. В этот раз, повод был хоть куда: красавец-мужчина и очкарик-малолетка выходят со мной, явно из моей квартиры, и я уже предполагала, сколько шума наделает этот выход, но… банда молчала. Это было очень странно.
– Ого! Даже ничего не сказали, – удивилась я, когда мы немного отошли от старперов.
– И не скажут. Теперь вообще никто с тобой разговаривать не будет! – ответил Элвис.
– Это почему? – я поравнялась с ним, очкарик молча шел позади нас.
– Я тебе уже объяснял. Это все образы, воссозданные из твоей памяти, чтобы легче было приспособиться к новой среде. Это, скажем так, не настоящие люди.
Я остановилась. Наступил час икс: сейчас или никогда. Нужно было уже поставить точку. Остановилась и моя свита.
– То есть, ты хочешь сказать, если я к ним сейчас подойду и начну с ними разговаривать, они мне не ответят? – я была настроена действовать.
– Абсолютно верно!
«Он думает, что я не пойду!»
– Нет, я знаю, что пойдешь! – Элвис спокойно смотрел на меня.
– Блин, да надоел! Хватит уже лазить в моей голове! – я развернулась и быстрым шагом пошла назад к банде старперов.
Я зашла в самый эпицентр тайфуна: остановилась посередине между двух лавочек, стоящих друг напротив друга и заполненных до отказа матерыми бабулями-горгульями, готовыми в любую секунду растерзать меня за прелюбодеяние.
– Здравствуйте, бабушки! Как вам мои друзья? Решили, вот, жить втроем. Что думаете? – я огляделась. Горгульи молча смотрели мимо меня. – Я говорю, – еще громче крикнула я, – что жить будем втроем! Неизвестно, от кого рожу! – я, конечно, уже перегибала палку, но и их поведение было не менее странным, чем мое.
Ответа не было. Я подскочила к лидеру банды старперов, Галине Леонидовне, самой несносной и скандальной соседке, которая держала в страхе весь дом, и начала несильно, а потом все резче и резче, теребить ее за плечо. Никакой реакции!
– Галина Леонидовна! Проснитесь! – но всматриваясь в ее пустые и мутные глаза, я понимала, что разговариваю с неживым человеком.
Я наклонилась к ней, послушать дыхание – его не было! Схватила резко ее черепашью руку – пульса тоже.
– Б… Твою мать! Что за фигня? Что это вообще? – вот тут я реально испугалась.
