Сегодня я хочу поговорить о главном брачном ужасе всех времён и народов – классовом неравенстве. Все давно и прочно уяснили: принцы не женятся на кассиршах, бизнесменши не выходят за сантехников, но буря в стакане воды не утихает – а вдруг?...
В сказках каждая уважающая себя Марья-царевна обязана была влюбиться в Ивана-дурака, Симеона-работника, или ещё какого полезного члена общества.
В реале я тоже слышала немало историй на тему «моя пра-пра-пра-бабка-крестьянка была настолько красивая, что барин на ней женился!». Ну… любовь зла, бывает.
Времена царевен и бар давно канули в лету, но снобистское «он нам не ровня» почему-то осталось. Но стало оно каким-то однобоким.
Когда происходит чудо и потомственный олигарх женится на официантке – это романтика, любовь и пример для подражания. А вот когда профессорская дочка приводит домой… ну, скажет, токаря – начинается апокалипсис в отдельно взятой семье.
По-моему, это какая-то нездоровая ерунда. Я знаю тётеньку, которой родители-академики в юности не дали выйти замуж за автомеханика. Та, вероятно, оказалась однолюбкой. Сейчас ей 50 с гаком, и она так никого и не встретила.
Другое семейство, не богатое, но известное в музыкальных кругах, в ужасе отвергло зятя «из неблагополучных». Парень был лыс, накачан, воспитан одинокой мамой-продавщицей и изъяснялся междометиями «ну дык» и «ага».
Но там девочка оказалась с характером: поругалась с родителями, съехала к любимому, а через несколько лет они вместе ворочали небольшим, но вполне приличным бизнесом. Родители-снобы натянули улыбки и неожиданно возлюбили зятя. И нашли, что тот, при всей своей простоте и неотёсанности, отличается прямотой, искренностью и крокодильей деловой хваткой.
А один знакомый недавно сокрушался, что ему приходится врать девушкам о своей работе. У мужчины неплохая зарплата, квартира, приличный автомобиль и манеры настоящего джентльмена. Беда в том, что он – бетонщик. Так вышло.
Попав под сокращение в родном НИИ, мужик с горя ушёл в строители и нашёл там себя. Дамы же презрительно кривились, услышав, что ухажер на работе разгуливает в грубой робе и каске, и он не придумал ничего лучше, чем привирать.
- Сказал, что архитектор или инженер – и на лице красавицы расцветает улыбка, - грустно вздыхал мужик, - Почему так происходит?
По-моему, «почему» - это не тот вопрос. «Зачем?» - вот что надо спрашивать. Зачем ты, мой дорогой и хороший, встречаешься с быдлом?
Потому что «быдловатость» - она не в социальном статусе, не в месте работы и даже не в происхождении, а – в душе и в голове. Судить о мужчине по лейблу на рубашке, красивом красном дипломе или размеру бутерброда с икрой – это, как минимум, бытовая ограниченность. И она, как и интеллигентность, зависит только от человеческих качеств, которым не учат ни в Гарварде, ни в районной школе.
«Хороший человек» - это не уровень образования и положения в обществе, а состояние души. И если человек действительно хороший, добрый, искренний – какая разница, откуда он взялся?