– Мама, я жену себе нашёл! – радостно оповестил меня сын, явившись с улицы.
– Поздравляю, – улыбнулась я. – И кто она?
– Надя. Хочешь, познакомлю?
– Хочу, – ответила я, переставляя кастрюлю с макаронами по-флотски с плиты на стол. – Иди мыть руки, будем кушать.
Но сын бросился в коридор. Через минуту вместе с ним в кухню вошла девочка лет пяти с огромными голубыми глазами, очень худенькая, почти прозрачная, в стареньком платье, на размер больше, чем надо.
– Здравствуйте, – потупившись, сказала она.
– Здравствуй, Надя, – я вспомнила, что уже видела эту девочку во дворе. Она часто сидела на скамеечки одна до самого вечера.
– Мы с тобой тёзки. Можешь тётей Надей звать, можешь Надеждой Петровной. Тебе как больше нравится?
– Тётей Надей. У меня нет тёти, – тихо ответила девочка.
– А кто у тебя есть?
– Мама, – прошептала она.
– Приводите себя в порядок, будем обедать, – отправила я детей в ванную.
Девочка, прихрамывая, пошла вслед за сыном.
– Я не буду мыть руки с мылом, – донеслись до меня слова девочки.
– Почему?
– Мыло испачкаю.
– А так ты испачкаешь полотенце, – разумно ответил мой сын. – И лицо умой. Мама не любит грязных детей.
– У вас так вкусно пахнет. И красиво очень. И мама у тебя хорошая.
«Смешная девчонка. Интересно, кто её мама», – думала я.
Пока Сашка копался в тарелке, вылавливая лук, Надя быстро съела борщ.
– Спасибо, – прошептала она и направилась с тарелкой к мойке.
– Макарошки будешь? – спросила я.
Девочка молча кивнула. Сын ещё ковырялся в тарелке с первым, а Надя уже расправилась со вторым. Я налила ей компот. Она пила его вприкуску с хлебом.
– Саня, поторапливайся. Смотри, как хорошо кушает Надюша.
Сын отодвинул тарелку.
– Не хочу!
Я перехватила полный недоумения взгляд Нади на тарелку с недоеденным борщом.
– Ты не наелась?
Девочка опять опустила глаза.
– Давайте я вам посуду помою, – предложила она, сползая со стула.
– Сама справлюсь. Ты не ответила на мой вопрос, – мягко надавила я.
– Наелась.
Но я не поверила в это.
– Идите, поиграйте. Испеку пирог, чай попьём.
В квартире было тихо. Обычно, когда к сыну приходят друзья, шум, смех, беготня. Осторожно заглянула в комнату. Надя уснула на диване, а Сашка укрывал ей пледом. Я на цыпочках вернулась на кухню.
Мы недавно переехали в этот дом. Я долго искала квартиру в старом тихом районе, где бабушки ещё сидят около подъезда. Нужен был вариант, чтобы школа была во дворе.
Сын идёт в этом году в первый класс. И я хотела договориться с хорошей старушкой, чтобы встречала Сашу после занятий, кормила, да и просто присматривала. Соседка по лестничной клетке согласилась стать моей помощницей.
К Нине Ивановне я и отправилась.
– Милая, Надюшка почти сирота. Отца девочки посадили года три назад. Он того урода, что Надю покалечил, избил до полусмерти. Суд пьянчугу этого оправдал. У него отец большой начальник, а Димка отметелил его так, что теперь в инвалидном кресле сидит. А Дашка, мать её, сломалась, когда одна осталась, пить начала.
– С Надей что случилось?
– На площадке с другими детьми и мамашками гуляла. А этот ирод прямо на площадку на машине залетел. Надюща под колёса угодила. Пьянь эта уехала. Но все видели, кто и что сотворил. Только в суде нас не слушали. Якобы, девочка на проезжей части гуляла без присмотра, – старушка скорбно поджала губы. – А ты чего интересуешься?
– Сын подружку домой привёл. Решила узнать, кто она.
– Ты, не сомневайся, девчонка хорошая. Дома и посуду моет, и убирается. Ножку, я думаю, вылечить можно. Только Дашке не до того. Как пенсию за дочку получит, не просыхает, пока все не пропьёт. Пока бабушка жива была, не так заметно было. А сейчас совсем беда.
Я вернулась к себе. Внутри всё дрожало.
– Мы собирались пить чай с пирогом, – обратилась я к детям. – Кто будет?
– Я! – крикнул сын и побежал на кухню.
Я нагнулась к уху девочки:
– Надюша, скажи мне по секрету, тебе борща налить?
– А можно?
– Конечно, можно, – мы тоже отправились на кухню.
Надюша немного осмелела.
– Тётя Надя, можно я к вам приходить буду?
– Будем только рады. Правда, мама?
– Правда, – я поставила перед девочкой суп и украдкой смахнула слезу.
– Вы только мамке не говорите. Она ругается, когда к чужим хожу.
– Да разве мы чужие? – пробурчал Саша с набитым ртом. – Я тебя в жёны выбрал.
Девочка грустно улыбнулась.
На улице уже темнело. Мы с сыном проводили Надю до квартиры.
– Ты завтра приходи. Я буду ждать! – попрощался сын.
– Почему ты выбрал Надю? – спросила с сына, когда он уже лежал в кровати.
– Она никому не нужна. С ней даже никто не играет, и «хромоножкой» обзывают. А человеку нужно, чтобы его любили. Ты сама это говоришь.
Я потрепала своего маленького философа по голове.
– Вот я и буду её любить. И ты ведь тоже? Правда, мама?
Я гордилась своим ребёнком – настоящий мужчина растёт. И хорошо, что не побоялся привести жену в дом в семь лет. Мы вместе сможем согреть её маленькое сердечко.
– Правда, сынок, правда. Спокойной ночи!
Н.Литвишко
Понравился рассказ? Ставьте лайк и делитесь информацией в социальных сетях! Буду признательна и благодарна!
Не забудьте подписаться на мой канал, чтобы не пропустить ничего интересного.