Бард Евгений Клячкин принадлежал поколению 60-х. Это было время духовной свободы и романтики, эпоха, когда бытовой комфорт с легкостью меняли на трудности дальних дорог, дым костра и сырость туманов.
Сам Евгений Исаакович так объяснял притягательность авторской (бардовской) песни для слушателей. «Искренность — великий критерий. Можно где-то коряво сказать, неудачно, но если правду — все равно услышится».
Клячкин и его поколение так жили, этим дышали. Думать — глоток воздуха. Слово есть Бог. Петь о главном — не мода и увлечение, а возможность произносить вслух то, о чем даже самому себе боишься признаться. Такими они были, такими вошли в историю.
Нежеланием погружаться в болото размеренных будней, заключать себя в рамки условностей и устраиваться поудобнее в кабинетных креслах шестидесятники с их вечной гитарой в руках и перечной остротой суждений мешали властям навязывать свою идеологию.
Поэтому многие из того поколения оформляли «развод» с родиной и отправлялись к далеким берегам. Евгений Клячкин предпринимал такие попытки неоднократно и в конце-концов сделал это.
Умер он на чужбине. Однако песни его до сих пор звучат там, где они лучше всего ложатся на сердце — в России.
Неисправимый романтик
Евгений Клячкин родился в 1936 году в Ленинграде. В трудные довоенные годы родители много работали, но семья жила при этом очень бедно.
Воспоминания о войне у маленького Жени были связаны со смертью матери в 1942 году и отправкой его в детский дом в Ярославской области из-за того, что отец воевал на фронте. Вернувшись с войны, он забрал сына, и вместе они вернулись в родной город.
Евгений рос смышленым молодым человеком. С серебряной медалью окончил школу, затем с отличием Ленинградский инженерно-строительный институт.
С молодости писал стихи. Разумеется, играл на гитаре. Тексты для своих первых песен он часто заимствовал у других поэтов. Можно сказать, что именно Клячкин открыл для любителей поэзии лирику Иосифа Бродского.
Когда будущий кумир любителей авторской песни познакомился со своими единомышленниками, в его репертуаре уже были музыкальные произведения, написанные на свои и чужие стихи.
Они сразу же зацепили аудиторию. Одни из них были легкими и светлыми, другие — полными глубины и переживаний. На каждую находился свой слушатель.
В 60-х годах Евгений Клячкин был очень популярным. Но потом его имя исчезло со страниц газет, а песни перестали звучать на радио и концертах.
Много позднее бард рассказал, что однажды исполнил песню, в которой звучала явная поддержка тех, кто отверг политический строй и уехал из страны. Клячкина не изгнали из СССР, но выступать запретили.
Он несколько раз пытался купить билет в один конец, однако перед ним всегда маячила какая-то надежда, что все еще изменится. Но ничего не менялось.
Один раз ему все-таки разрешили выступить, но его песня снова показалась «экспертам» неблагонадежной и Клячкину опять перекрыли кислород. Вот тогда он и понял — пора уезжать.
Личная жизнь и последняя песня поэта
Про первую семью Евгения Клячкина друзья говорили — они были очень красивые. Очаровательная жена, блондинка Людмила, хорошенькая дочка Марина и седовласый красавец-мужчина рядом с ними — Евгений Клячкин.
Поклонницы всегда интересовались бардом, присылали ему за кулисы записки, постоянно шептались за спиной, с интересом разглядывая его супругу.
Вторую жену Клячкина звали Виолетта. Это была трагическая семейная история. Супруга родила Евгению Исааковичу еще одну дочку. Но девочка оказалась больной от рождения и вскоре умерла.
А потом, после рождения второй дочери, Анечки, скончалась Виолетта. И без того седой Клячкин стал пепельно-белым от навалившегося на него горя.
В Израиль Евгений Клячкин эмигрировал с третьей женой и тремя детьми от всех своих браков. Он был готов к невостребованности, но бывшие соотечественники-эмигранты с удовольствием ходили на его концерты. Ему даже удалось дважды приехать в Россию.
В один из таких приездов Евгений Исаакович отпраздновал свой 60-й день рождения. А вернувшись в Израиль, скоропостижно скончался. Во время купания в море он утонул. Вскрытие показало, что у барда остановилось сердце. Случилось это в марте 1994 года.