Сейчас многие в условиях демократии требуют от телевидения невозможного — демократии. Кричат: даешь прямой эфир! Ну, дам я вам прямой эфир. Как режиссер телевидения говорю — дам! И что? Думаете, многое изменится? Давайте попробуем.
Все! Даю прямой эфир. С конкурса молодых певцов. Второй тур. Поехали!
Внимание! Выходит первая певица. У меня на мониторах она в трех видах. На первой камере — крупный план певицы. Хороша! На второй камере — средний. На третьей — вид сзади. Что даем в эфир? Хороша певица, но не наша. Из другой области. Даем в эфир вид сзади.
А вот она уже запела. Голос трогательный, песня нежная, о любви. Что даем в эфир? Даем крупно самый низ левой брючины певицы. Там ниточка тащится. То, что надо! Любовь и ниточка несовместимы. И всю трогательность — как рукой.
Конец песни — показываем жюри. У них списки певцов и согласованные баллы. Все жюри поднимает 9 баллов. Единодушно, не подкопаешься.
Выходит второй певец. Что даем в эфир? Певец вообще не из нашей республики. Правда, обаятелен, подлец. Жаль, что зритель этого не увидит. Даем самый мелкий план.
Певец начинает петь. Ах ты, чертенок, как он поет! Конечно, у них там на юге голос может иметь место. Но мы к этому готовы. Эй, на пульте! Громкость убавьте до предела. Ага, поутих... Ах ты, чертенок, он голосу добавил. Ну, ничего. Эй, на пульте! Отключите тембры! Ага, побледнел голосишко... Ах ты, чертенок, он в голос тембру добавил. Надо же... японская аппаратура его не берет. Ну, ничего, не таких обламывали. Эй, на пульте! Пускайте его голос через делитель частоты. Делите на семь восьмых. Чтоб вся страна волком взвыла. Ага!.. Ага!.. Ах ты, чертенок, к делителю приспособился. Умножает сам свой голос на семь восьмых. Такого у меня еще не бывало. Изворачивается, как ужака под вилами. Эй, на пульте! Трубачей — на максимум и — через делитель частоты, пусть глушат. Эти не приспособятся... Ага, ага... Захлебывается певчишко... Ах ты, чертенок, на язык танца перешел. Внимание! Пошла в эфир репортажная камера. Хватайте крупный план мужика в восьмом ряду. Да наш, наш это, подсадной. Там у него в кармане котенок. Зритель про певца забудет, когда котенок начнет мужика за нос кусать. Крупно показываем у мужика ухо, нос, котенка, укус! Все! Конец песни.
Жюри — 8 баллов. Единодушно, не подкопаешься.
Выходит третья певица. Это наша! Наша область, наш город, мой дом. Соседка. Да что там – соседка, будущая жена. Она перед конкурсом сказала, если не будет у меня первого места на конкурсе, даже не мечтай обо мне!
Что даем в эфир? Первую камеру крупно — нельзя. У певицы не тот фас. Вторую камеру сбоку — нельзя: не тот профиль. Даем третью камеру под углом 45 градусов, снизу, средний планчик, в дымке... Хороша! Из такого материала такую конфетку сделал. Ах ты, наша ласточка! Крупный план даем только ниже пояса. Выше нельзя, все потеряем. Какие ножки! Я отвлекся. Певица поет. Почему не слышно голоса? Эй, на пульте! Громкость — на максимум. Почему плохо слышно? Она что, простыла? А-а, это у нее голос такой, от рождения. Ничего, сейчас поправим. Эй, на пульте! Тембры — на максимум, оркестр — на минимум, трубы вообще пусть сходят покурят. Так, теперь ее уже слышно. Ах ты, наша ласточка!.. Эй, на пульте! Она верхние не дотягивает, дотяните умножителем. Настроились, послушали. Хорошо! Ах ты, наша ласточка! Я млею, как она поет. А какой вид сзади! Сегодня ночью, надеюсь, узнаю, самым крупным планом.
Все! Оценки нашего жюри нашей певице, моей невесте - 12 баллов! Единодушно, не подкопаешься. Гран-при!
Заканчиваем прямой эфир. Напишите нам, как вам понравился наш самый кривой кефир, извините, самый прямой эфир в мире!