Мало кто осмелился проследить четкую линию между прекрасным актерством и низшей актерской деятельностью. Даже те, кто это делал, как директор российского театра и актер Константин Станиславский, ограничили свои объяснения внутренним процессом (если актер живет своей частью, вместо того, чтобы механически исполнять его, результат будет более аутентичным и, следовательно, более привлекательным для аудитории) и не рискнули объяснить, какие именно наблюдаемые, количественно различимые различия между ними. Итак, как можно идентифицировать побочные действия? Можно ли сказать о производительности, которая не соответствует тому, что мы думаем о человеческом поведении? Но такое определение допускало бы авторитарную униинформирование человеческой природы и отрицание самой ее сути, а именно индивидуальности. Можно ли сказать о производительности, которая втягивает нас в вымышленный мир, к которому он принадлежит, независимо от того, реалистично ли это вымышленное слово или нет? Да, и этот ответ д