Она мечтала писать стихи и слагать поэмы. Она видела себя актрисой на подмостках если не Дрматического, то местного Академического - точно... А судьба запихнула ее в бездарное амплуа провинциальной училки-математички.
В старших классах я ненавидела математику. Я искренне считала себя гуманитарием, и каждым атомом души своей математику отрицала. Но так было не всегда.
До 9 класса, начало которого совпало с переходом в новую школу, я относилась к математике с равнодушием. Затруднений она у меня не вызывала, восторженных эмоций тоже, предмет как предмет. На физике было по-настоящему интересно, на химии познавательно, литература - one love (единственная любовь) на всю жизнь (книжки я читала упоительно, в туалете, за столом и вместо сна), а вот математика... ну, просто обязательный предмет.
Но в новой школе появилась Светлана Николаевна. Она мечтала писать стихи и слагать поэмы. Она делала это нередко и сразу выдавала нам свои перлы прямо на уроках, где мы должны были, замерев, внимать Таланту. Она видела себя актрисой... А судьба запихнула ее в бездарное амплуа провинциальной училки-математички.
Математику она не очень понимала, и, сейчас думаю, не любила. По наезженной колее программы все шло хорошо, но стоило чуть выйти за рамки и у нее случался ступор. Мальчишки-олимпиадники старательно помогали ей, но иногда на помощь приходилось звать Армена Александровича из соседнего класса. Он приходил, волосатой рукой писал мелом что-то на доске, объяснял классу и уходил. А потом отпаивал расстроенную Светлану Николаевну чаем в учительской.
Свою нелюбовь к математике Светлана Николаевна компенсировала любовью к аккуратности в тетрадках. Ровный почерк и светлые пасты ручек были залогом любви этой женщины к ученику. Девочки, использовавшие цветные гелевые ручки для оформления работ, были всегда в фаворе. Мальчики, таскавшие книжки с задачками вне программы и с помарками в тетрадках - негласными врагами, которым она со слащавой улыбкой назначала "приходить как-нибудь потом, после уроков".
Лично меня до одури раздражали ее стишки. Рифмы "шелест - прелесть" выбивали из колеи, слова "ложи скорее свое сердце" вызвали остановку сердце моего и я была вынуждена указать на недочет. С тех пор математику я не любила. А математика не любила меня.
Я не получила золотую медаль благодаря Светлане Николаевне. Внутренний протест не дал мне понять и простить тригонометрию, которая оказалась совсем не такой сложной, когда столкнулась с ней в институте.
А вот понять Светлану Николаевну я не могу до сих пор: женщина всю свою жизнь провела на нелюбимой работе, занимаясь нелюбимым делом, прививая нелюбовь детям, неся и передавая эту нелюбовь все дальше.
Наверное, злая колдунья в детстве заколдовала ее и наложила на нее проклятье математички: "Всю жизнь ты будешь бороться с детьми и интегралами и никогда не победишь! Абра-кадабра, учи-мучай..."
Она вышла на пенсию и уехала жить в Питер. Надеюсь там, на широких проспектах и кривых каналах, она нашла свое вдохновение, а математика ей снится только изредка, пасмурными осенними ночами, и она просыпается, проветривает комнату и читает себе наизусть Мандельштама, постепенно успокаиваясь и забывая про синусы и длину окружности.
------------
Понравилась История на досуге? Отметь это, и Дзен будет показывать тебе еще больше интересных постов. А еще лучше - подписывайся на канал и получай новые истории каждый день!