«Мгновение длиною в жизнь»
Ночь еще не глубокая, но людей на улице уже почти нет. По темному переходу метро идет мужчина, но идет он странно, отлично от всех, как будто он не спешит домой, а просто прогуливается. Он нагружен тяготной мыслью. - Что же делать дальше? Ему представляется, что это логичный итог его жизни, вся его жизненная деятельность, медленно, но верно вела его к этим тяготам, он понимал весь абсурд ситуации рядом с ним, но не мог влиться и плыть по течению реки, пока не прибьет к берегу или не размажет о дно безнравственности. Сил бороться уже не оставалось, давление глупости и животных инстинктов общественности сводило с ума, в попытках втянуть его в отлично отлаженную систему безвластного подчинения.
Так в череде мыслей, дорога до дома показалась как никогда быстрой. Пришлось постоять у подъезда, докуривая сигарету из пачки под названием «Winstоn» и это его нисколько не расстраивало — домой ужасно не хотелось подниматься. Замкнуться в четырех стенах на пятнадцати квадратных метрах, с человеком, которого больше никогда не хотелось видеть в этой жизни, да и в следующей тоже, если таковая существует.
Только он дотронулся до дверной ручки подъезда, как из-за двери на прохладную улицу Питера вышли двое молодых людей Ярик и Виктор — они были друзьями.
-Куда это вы собрались? Поинтересовался «н».
-Ужасно не хочется домой, пройдемся!? В голос спросили они.
Так, они втроем пошли от подъезда по тихому, холодному, таящему свою атмосферу Питеру. Сейчас и не вспомнить, чье это было предложение, но через час все втроем уже сидели в баре, типичном Питерском баре, где было очень темно, что с трудом можно было видеть напротив сидящего человека, где были очень не расторопные официанты, но было отменное темное пиво местной пивоварни. А для них тогда и было ключевым в выборе бара — отменное темное пиво.
Сидели долго, каждая такая встреча не была похожа на предыдущую, постоянно находилась какая-то новая тема, непонятно откуда. Рождались новые мысли, но никто из них не черпал столько новой информации из повседневной жизни, все это было влияние этого города. По большей части это были легкие мысли, которыми вполне можно было бы и поделиться с первым встречным. Но в этом и была вся ценность этих встреч, что кроме простых веселых тем, что предлагают нам различные новостные ленты и популярные каналы, каждый мог открыть свою душу и не стать осужденным.
Время уже было под утро и официант вежливо сообщил, что их заведение закрывается через тридцать минут. Никто из троих не стал ждать пока поймают на себе злобные взгляды персонала в которых бы читалось « Скорее сваливайте отсюда, вы одни остались, а так хочется домой». И просто заказав на вынос по бутылке темного пива, вышли из этого черного затхлого места. Теперь на улице уже не казалось так прохладно, но конечно, все это обман алкоголя.
Каждый нес свои переживания в голове. Стереотипно, но не по-мужски делиться тревожностью. Каждый закурил по сигарете, только лишь потому что сделаться занятыми и не показаться замкнувшимся в глубинах своих мыслей. Найдя в одном из дворов удобную лавочку коллективно было принято решение присесть на пятнадцать минут и насладится этим вечером, которых выбил из калии однообразия.
И только они собирались расходиться по домам, как тут к ним подошел Бомж с фразой всех уличных людей «Ребят, у вас не найдется закурить?»
Когда-то, как и все, я был «зелен». Все, наверное, знают, что из детства мало что запоминается нам, разве только самые яркие моменты нашей жизни, моменты, которые нашли отклик в будущем.
Так и я — мало что помню. С первого момента отложившегося в нашей памяти и начинается вся наша сознательная жизнь.
Солнце, очень яркое солнце, постоянно приходится щуриться. Глаза превращаются в маленькие щелки, даже трудно разглядеть дорогу — направление в котором идешь, но мне особенно это и не требовалось, с одной стороны меня за руку держал папа, с другой мама. Да, и я почти уверен, что путь мы держали всегда в одгом направлении — к Морю. Это был первый раз, когда мне довелось увидеть такое количество воды. Тогда мне думалось, что ее здесь больше, чем весь наш Мир!
Я не помню растительности, пейзажей или людей. Все это потому, что мне это было совсем не интересно. Но я отчетливо помню мороженое — самое вкусное мороженое за всю мою жизнь. Продавали его в пластиковом стаканчике, на котором была нарисована голова мыши — большой, черной, ушастой мыши. Я только позже узнал, что это был «Микки Маус» герой «Диснеевского мультфильма».
Думаю, что вообще все это я запомнил не потому, что в детстве хорошая помять на какие-то вещи, которые нам нравятся или на что-то подобное. Как и я все дети способны запомнить только эмоции и не важно, хорошие или плохие, только через счастье или слезы входит все это в сознание и память детей. Готов спорить, что именно в том возрасте это самое искреннее счастье и самые чистые слезы, в них нет потаенного смысла как у взрослых, все эмоции только из чувств.
Я очень боялся воды, может из-за ее количества, может из-за неуверенности в своих силах. Но ровно столько, сколько я ее боялся я хотел входить в нее снова и снова. Позже я нашел в жизни объяснение этому, но не тогда. Тогда это желание и затухание страха было потому, что рядом был Отец.
-Чувство, как будто это было только вчера... В этот момент Бомж не сдержался и глаза его покраснели, но он продолжил.
-Прыгай! Не бойся, я ловлю тебя! Кричал мне отец.
И так я каждый раз прыгал, а он всегда ловил, потом брал меня за кисти рук и подкидывал на каждую идущую к берегу волну. Это страшно, но я не боялся — рядом Отец.
Когда тебе четыре, кто или что в жизни может быть надежнее, величественнее? В твоих глазах не одна стена не крепка на столько, на сколько он. Стена может упасть, ее можно разобрать, поломать — Отца нет.
Тут он обратился к нам - «Простите ребята, если кому то не довелось испытать это чувство, то мне от этого грустно вместе с вами, но менять правдивость воспоминаний ради корректности я не могу»