Трудолюбивые монахи Валаама сотворили настоящее чудо: не только воздвигли обитель, но еще и несколько столетий возделывали сады, сажая в них растения, казалось бы, абсолютно не способные выжить в климате русского севера. Например, теплолюбивые яблони, шиповник и виноград.
Расцвет самого монастыря и 3-х его садов пришелся на середину XIX века, когда настоятелем обители был игумен Дамаскин. Он руководил хозяйством целых 42 года. Игумен установил строгий режим дня и заставлял монахов проводить день не столько в молитве, сколько в труде.
Сегодня сложно назвать точную дату закладки садов Валаама, однако, судя по документам, они существовали уже в 1819 году. Близ основного монастыря монахи разбили три сада: верхний, средний и нижний. В Белом и Желтом скитах, а также на островах Предтеченский и Коневец были свои посадки. Урожай груш, черешни и земляники 1861 года прославил валаамских садоводов на Всероссийской выставке в Санкт-Петербурге. Затем труды братии были вознаграждены золотыми медалями на выставке в Париже.
Согласно документам Департамента землевладения, к 1885 году яблонь на Валааме разводилось не менее 60 сортов, а урожай их составлял до 50 тонн. К обеду братии подавалось до 80 кг свежесобранных ягод: смородины, крыжовника и малины. В парниках созревали арбузы весом около 8 кг, дыни – около 3 кг, тыквы – около 33 кг. И это при том, что средняя температура в июле составляет +17°.
Как же на неплодородных валаамских землях, а точнее сказать, на голых скалах удавалось и до сих пор удается выращивать овощи, фрукты и цветы?
Рассказывают, что сады создавались общими усилиями. По легенде, с давних пор на Валааме существовало правило: каждый гость должен привезти с собой мешок земли, откуда бы он ни приехал. Кроме того, плодородный почвенный слой возили баржами с материка. На уступах скал делали настилы из хвороста, щебня и соломы, добавляли известь и золу: местами высота такого слоя достигала метра. Участок защищали от ветров Ладоги, густо высаживая хвойные по периметру.
Дружба настоятеля монастыря Дамаскина с ученым-садоводом Эдуардом Регелем, возглавлявшим императорский ботанический сад, привела к тому, что Валаам стал крупнейшим полигоном для экспериментов по пересадке растений в чуждую им среду. Многие методы увенчались успехом и сохранились до наших дней.
Выяснив, что готовые саженцы из Москвы и Петербурга на острове не приживаются, монахи решили проращивать семена местных карельских сортов яблонь, а на полученные саженцы прививать черенки старейших русских сортов: аниса полосатого, грушовки, боровинки, мирона сладкого – и добились богатого плодоношения каждый год… Жаль, что многие уникальные яблони Валаама погибли во время войны. Теперь перед насельниками обители стоит задача возрождения монастырского садоводства.
С именем игумена Дамаскина связано начало «интродукционной программы растений». В монастырских питомниках и рассадниках Валаама высаживались семена дубов, сибирских кедров, южных каштанов, лиственниц, лещины, клена, не свойственных природе Карелии. Подросшие деревца рассаживались на острове в местах, укрытых от непогоды. Аллея из 200 высоченных лиственниц ведет к Игуменскому кладбищу, на котором растут кедры, пихты и тополя… Саженцы растений высылались в Финляндию, Петербург и другие города России.