Первую часть интервью можно прочесть ЗДЕСЬ.
- Я сейчас приехал с заседания общественной палаты Копейска . У нас такая тема обсуждения. Наш город – спутник. Он находится на границе с Челябинском. Идет застройка многоэтажными домами, потому что земля дешевле, чем в Челябинске, и жилье, соответственно тоже дешевле. Это как отдельный спальный район сейчас получается. Но при этом никакая инфраструктура не развивается – ни коммунальная, ни социальная.
Люди говорят: «О, здорово! Мы сейчас переедем и будем там жить. Там дешевое жилье – садики, школы рядом». А на самом деле мест там нет. Школы перегружены, садики перегружены. И добиться строительства нового объекта очень сложно. Мы за одну из школ пять лет бились, чтобы она начала строиться. У меня был вопрос. Почему администрация начинает строительство без обременения по социальным объектам, как в Москве? Почему никто не учитывает, что в микрорайоне должны строиться школа, детсад, и что должно быть определенное количество метров на каждого жителя?
Никита Исаев: Это нарушение законодательства или это не урегулировано законодательством?
- Вот я сегодня этот вопрос задал. Пока ответа я не получил. Почему при выдаче разрешения на строительство нет обязательств у застройщика произвести строительство объектов социальной инфраструктуры?
Никита Исаев: Кто вам должен ответить на этот вопрос?
- Я не знаю. Возможно, правовой департамент, администрация.
Никита Исаев: Подождите, в нашей стране строительный бизнес – это треть всего. Нефть и газ не считаем. Это не бизнес. Это то, за счет чего бюджет формируется. А внутри - это стройка. Поэтому все должны понимать, какие там правила игры. Если есть правило игры – социальная нагрузка, значит, оно везде одинаковое. Либо этого нет.
- Я пока не знаю, какие региональные законы это регулируют.
Никита Исаев: Кто может это выяснить? Если стройка занимает треть всей активности, то этот вопрос нужно поднять. Либо нарушение закона, тогда идем в прокуратуру. Либо, если это не урегулировано законодательством, начинаем поднимать шум.
А общественная палата – это что? Это то, что придумал губернатор для того, чтобы стравливать пар?
Герман Галкин: В Копейске –нет. Это низовая инициатива.
- Мы сами. У нас просто активные граждане, которым не безразлично развитие города. Мы сами объединяемся.
Никита Исаев: Кто Вы действительно общественная палата или просто так себя назвали?
- Мы общественная палата. Всё официально.
Герман Галкин: Они постоянно дергают администрацию города.
Никита Исаев: Они вам должны отвечать?
- Да.
Никита Исаев: Сформулируйте запрос, получите ответ. Дальше проанализируйте этот ответ с юристами. И если действительно либо то, либо другое, то два пути решения. Я понимаю, что губернатор скажет: «Денег нет». Но извините… Есть законодательство.
- Каждый новый глава показывает, что предыдущий был… На старого, в общем, всё валит.
Никита Исаев: Это понятно. Но вот вы сейчас продолжаете что-то строить, вводить в эксплуатацию, и исполняйте законы. Если этих законов нет – окей, вопросы не к вам. Вопросы тогда к общественной дискуссии, к губернатору и т.д. Почему здесь законы таковы, что не обеспечивают соблюдения условий по социальным объектам?
Герман Галкин: В Челябинске застройщики вроде бы все обещают. Но выполняют обещания не все.
- Вопрос не в выполнении обещаний. Никита правильно сказал, что должны быть единые законы и нормативы на уровне государства, которые должны выполняться на уровне регионов и муниципалитетов. На определенное количество метров – определенное количество садиков, школ, поликлиник. Вот и всё. Тут норматив-то должен быть один. Он просто должен исполняться на каждом уровне государственной власти. До самого последнего поселка.
Никита Исаев: Самое интересное, что люди даже не знают, какие права у них есть, каких прав у них нет. Вот и вся логика. Тогда от вас запрос и ответ. А от меня, если что-то сбоит – ну там, не отвечают, отвечают не так, врут – вы сигналите. И мы эту тему начинаем озвучивать.
- У нас молодежь вроде как не политизирована сейчас. То есть, она не прикрепляется к партиям, её не интересуют меморандумы. Но почему-то при уличной активности мы видим, что много молодежи. И я даже не про Навального сейчас….
Никита Исаев: «Фактор Навального» – это общее название радикального протеста. Но давайте я приведу факты и сухие цифры. Навальный в июне прошлого года не смог вывести в Москве на Сахарова заявленные 10-12 тысяч. А вышло на Тверскую 5-7 тысяч, потому что энергии протеста больше просто нет. Он как фактор закончился в тот момент. Имеется в виду, в избирательной кампании.
- В Москве? Или вообще?
Никита Исаев: Москва – страна. Дальше он сушил явку на президентских выборах, не пускал на выборы некий креативный класс, который мог бы, возможно, голосовать за Собчак. Но как фактор, он закончился. Если вы сейчас видите ролики Золотова, то понятно, что его подтягивают, чтобы хоть как-то присутствовал он в некоем пространстве. В противном случае, у него большое разочарование по нему.
Интерес к Навальному – это группа 15-23 года. И там 15%. То есть лишь каждый 6-7 в этом всём. Во всех остальных возрастных группах…. Ну, ниже не берем, потому что там еще пешком под стол ходят. А старше – он не зацепил эту историю. Он потерял Болотную в своё время, потому что не выполнил те обещания, которые давал там. Он и не сел, в отличие от Удальцова и так далее. Он попытался получить новую хомячковую аудиторию среди молодежи вконтактике и через ютуб. Он ее получил в прошлом году на определенное время. Хайпанул на всей этой истории. Ни за кого в ответе не стал. За тех, кто присел по разным темам. И всё!
Посмотрите его блог в ютубе. Если «Он нам не Димон» 25 млн собирал, потом были по 10-12 млн просмотров, а сейчас его ролики в пике имеют полтора-два миллиона просмотров. Это в принципе, сравнимо с роликами…
Герман Галкин: Женщин-блогеров на дамские темы?
Никита Исаев: Эти впереди, вы что…
- Я лично сейчас не вижу его активности. Он мне и не мешает. Я просто не хочу, чтобы кто-то втёмную нашу молодежь использовал. На хайпе поднимал какие-то волнения.
Никита Исаев: Молодежь сама используется. Молодежь – она активная. Молодежь видит безобразия. И видит, что вы, старшее поколение, сидите в забвении, мягко говоря. Не бузотерите, ничего. И они считают, что они должны это делать. У них кровь кипит. Навальный – не Навальный, так мир устроен. По-другому никак. Поэтому я бы не стал ограничивать молодежь в возможности высказывать свой протест. Другое дело, что этот протест должен быть таковым, что он должен быть на благое дело. А то, что мы с вами наблюдаем…
Да, можно кричать о коррупции. Да, это правильно. Я считаю, что его расследования верные и правильные. Но давайте дальше пошире немножко возьмем. Создавайте некую реальность, которая в некий момент придет к чему-то. А он запрыгнул, на мой взгляд, за некоторые красные линии, рубежи. И вернуться в реальность он не может. Его использовали уже третий раз: в 2007, в 2011, в 2017.
- Молодежи, насколько я вижу, нужна альтернатива. Чтобы увести их с улицы, от наркотиков, от зависимости в интернете, просто нужно дать им реально полезную альтернативу – чем заниматься, где себя применить и как себя проявить.
Никита Исаев: Да. А такого нет. Государство дает нам среди молодежи кого? Мишу Дягтерева? Юру Афонина? Кто там еще есть? Марию Кожевникову?
- Тем не менее, директора школ перед каникулами заставили подписать родителей документ о том, что они провели со своими детьми беседу, и ни на какие митинги, уличные шествия они не ходят. Я сама лично этот документ подписывала.
Никита Исаев: Слушайте, это борьба нанайских мальчиков. Спецслужбы его подкачивают, чтоб он хоть как-то был сливать и канализировать протест, а администрации регионов, детских садиков, президента с ним борются, чтобы он никуда не разросся. Это нормальная история. Повторюсь, это придуманная политическая реальность. Наряду с «Единой Россией», КПРФ и другими этими ребятами. А рядом есть Навальный, который как Луна – крутится туда-сюда. То скроется – сел на 30 дней. То открылся – полнолуние.
Читайте продолжение ЗДЕСЬ.