Культура
Линда, певица
Я себя так ощущала, и, видимо, это очень чётко отражалось и в творчестве, и в образе жизни. Я не формалист, я не люблю никакие формы. Всё реально здесь и сейчас, как оно должно быть. Если сегодня пасмурный день, значит он для меня не может быть резко солнечным. То есть я должна его прожить, чтобы потом наполниться и увидеть солнце.
Детство
В детстве я была энергичным too much ребёнком, поэтому меня очень рано отдали в школу, с пяти лет я уже училась в школе. Я как-то очень быстро развилась, к пяти годам была достаточно ловкая, сообразительная, строила свои планы. И я не могла сидеть на месте совершенно. То есть я была постоянно в движении, неважно в каком – в умственном, в физическом, но это было постоянное движение, даже во сне.
Я увлекалась всем подряд, меня интересовали вообще любые темы. Основная, которая осталась у меня до сих пор, это живопись, рисунки. То есть со мной всегда есть блокнот, я зарисовываю моменты, когда мне надо подумать, когда я рисую, я очень хорошо думаю, анализирую. Я не могу просто отрешиться от всего и начать приводить свои мысли в порядок, для этого мне нужен лист бумаги и карандаш.
Я училась в художественной школе, но это совсем не моё. Наверное, всё-таки я никаких техник не использую, мне нравится другое, нечто противоречащее тому, чему учат.
Если есть момент, когда наступает перерыв, когда нужно немного помолчать, скорее всего, я займусь активным спортом или путешествиями. Я очень люблю путешествовать, в эти вещи я погрузилась, чтобы совершенно абстрагироваться от своего основного образа жизни, то есть это музыка. Иногда хочется забыть обо всех музыкальных гармониях, которые внутри звучат, об этих оркестровых моментах в своей душе и просто переключиться, слиться с природой, может быть, с тишиной, то есть отстать от умственной деятельности.
Музыку я всегда любила. Дома у нас всегда звучала музыка, это, в основном, была классика. Моя бабушка просто была воспитана в этой атмосфере, и поэтому это было как глоток воды, музыка лилась реками.
Этнические мотивы
Я росла в Кентау, это Казахстан, где было много разных народов, на тот момент это был маленький посёлок, тысяч 25 проживало народу. Это были и греки, и казахи, и китайцы, и чеченцы, и грузины, и одна еврейская семья – это мы были на весь этот посёлок.
И вот в этой атмосфере фольклоров, народностей мы все выросли, как я это называю постоянно, мне нравится это слово, «первые ожоги» музыкальные. Я гуляла по улицам города и слышала, как из любого переулка, из любого аула доносились какие-то звуки.
«Песни тибетских лам» – мы совпали просто с Максимом Фадеевым, нам это было близко и интересно. Поэтому какими-то своими идеями мы обменивались и дополняли друг друга. Максим мне казался в то время учителем, я его встретила, мне нравилось всё, что происходило между нами в творчестве, и не было никаких вопросов. То есть мы радовались тому периоду времени, когда это всё создавалось. Мы творчески разошлись с Фадеевым очень давно, это уже было лет 20 назад, и каждый идёт своим путём.
Ненавижу хамство
Я ненавижу хамство, я его не прощаю просто никак. Я не понимаю, не терплю никакой несправедливости по отношению к своим близким, к себе в том числе. И когда человек переходит определённые рамки, не просто переходит, а просто переходит с такой скоростью и с таким хамством, то на тот момент я себя не контролирую.
Я была максималисткой, у меня не было среднего оттенка, либо да, либо нет.
Компромиссы я в тот момент своей жизни очень редко пыталась найти. Я всегда шла напролом и очень прямо и такие вещи просто не прощала людям.
В данный момент я немного другая, учусь останавливать себя, учусь быть чёткой и понимать, потому что все люди по одному подобию, и нужно это подобие видеть в каждом. Люди все разные и неисправимы, и я начинаю представлять на этом человека, который хамит мне, например, в лицо или пишет какие-то ужасные вещи, вот сидит какой-то чиновник передо мной в костюме, просто хам из хамов, и говорит тебе просто вещи, которые слушать, невозможно, с кастрюлей на голове, например, прямо видеть на нём какие-то вещи, или бегающих по нему гномов, лилипутов, оттягивающих уши. И мне становится хорошо и смешно, я сразу успокаиваюсь, и для меня он уже приобретает образ какого-то юмориста.
Ольга Максимова, автор программы #Шоумастгоуон на Радио Медиаметрикс
Полный текст интервью на mediametrics.ru