Маленькая больничная палата, пять кроватей и семь человек. Математическая задачка не сходится! В детском отделении хирургии, в комнате под номером одиннадцать лежало пятеро больных мальчишек и две мамочки в придачу. Согласно внутренним правилам за ребенком после операции могли круглосуточно ухаживать родители, мест для которых предусмотрено не было.
Мой сын поступил на операцию с аппендицитом, и я стала членом группы "Ухаживающие без права на спящее место", которым предоставлялось право круглосуточно эксплуатировать табурет. Как выяснилось, на этом предмете можно было сидеть, читая книгу, а ночью спать, свернувшись в позе кошки и положив голову на кровать возле ног ребенка. Не стул, а волшебство!
Моей подруге, второй мамочке, повезло гораздо больше, чем мне. Ее сыну было всего лишь три года (а мой уже большой, целых восемь лет), и она могла легко уместиться с ним на одной кровати. День после операции прошел в заботах, зевотах и усталости. Ребенка нужно было кормить с ложечки, подбадривать и быть все время начеку. А еще у меня появился второй подопечный, мальчик четырнадцати лет, которому тоже вырезали аппендицит и ему, что не удивительно, требовался уход.
Другая мамочка пребывала в грусти, тоске и неопределенности. У ее ребенка подозревали какую-то серьезную болезнь, а начать обследование должны были только завтра. Одним словом, наша палата представляла собой зрелище унылое.
Шли вторые сутки после нашего прощания с червеобразным отростком слепой кишки (аппендиксом). В палате было мрачно, скучно и тоскливо. Вдруг один из поправляющихся, вернувшись из библиотеки, что располагалась этажом выше, принес детский журнал.
— Давайте, я вслух почитаю! — предложила я оживить обстановку.
— Давай! — все как один поддержали.
Беру в руки журнал, листаю в поисках интересной, желательно юмористической истории. Вроде подходящая! Читаю громким голосом, выделяя каждый знак препинания, придавая словам эмоциональный окрас (все, как учили меня еще в школьные годы на риторике).
Вдруг ситуация в рассказе вызывает у слушателей оживленную реакцию. Мы принимаемся за обсуждение. Пошла зараза — каждый по очереди начинает свою историю, чем смешнее и абсурднее, тем лучше. Остальные комментируют и пародируют. Тут слышится первое хихиканье, за ним второе, третье, и вот уже наш задорный смех не остановить!
Мы заливаемся во весь голос, когда в палату входит встревоженная медсестра и строго сообщает, что смеяться в больнице так громко запрещено. Мы натягиваем на лица серьезность, но лишь закрывается дверь, как снова все продолжается.
Мы смеялись так, что по щекам текли слезы. Не выдержав такого наглого нарушения тоскливого и обреченного режима, на нас с потолка упала огромная длинная лампа, чуть не угодив мне в голову. Повиснув одной стороной на проводе, а второй мотаясь, словно сосиска, она важно очерчивала пространство, настойчиво ища свою жертву.
На следующий день наши пятеро больных детей вдруг резко пошли на поправку. Моему сыну было разрешено чуть ли не бегать, двоих было решено готовить к выписке, четырнадцатилетнему не запретили съесть бабушкин гостинец, а моя подруга радостно сообщила, что у ее малыша ничего серьезного не обнаружили!
Казалось, что все недуги сбежали от нас вприпрыжку. Наверно, лучше не поддаваться несчастьям и болезням, а смеяться! Смеяться так, чтобы лампы с потолка попадали!
***
Спасибо, что дочитали до конца!
Если Вам понравилась статья, дайте знать об этом автору :) — нажмите палец вверх!
Чтобы получать новые статьи, нажмите "Подписаться на канал"!