Я кофий в последнее время по утрам пью без всякого удовольствия. И вообще все без удовольствия делаю.
Лягу в три, встану в семь. Глаза не открываются, руки не поднимаются, слабость во всех членах целый день. Коллеги по работе завидуют моему невыспанному виду.
А ведь раньше-то до двенадцати спать могла, если телефоны, конечно, выключу.
Решила, что осень.
Внутри все трясется так, что вспоминается свадьба лучшей подруги в студенческом общежитии с ликерами, портвейном и неожиданными перемещениями по городу. Но я уже сто лет, как фанат апельсинового сока по праздникам и воды, как лучшего средства встретить Новый год.
Потом стала задыхаться. Пришли как-то ночью какие-то ироды, набросали на хрудь камней, так с ними и хожу.
Стала думать о разном. О всяких неизлечимых болезнях, тлетворном влиянии возраста и прочих жизнеутверждающих вещах.
Решила пойти поболтать с врачом.
За два часа в очереди в поликлинике среди симпатичных старушек поняла, как мало я знала о неизлечимых болезнях.
Пыталась бороться с ними с помощью планшетика и «будьте так любезны, говорите потише». Но старушки в поликлинике бывают порой удивительно убедительны. Записала себе купить тонометр и ни за что не ходить к хирургу Ивановой.
Со сложными мыслями зашла в кабинет врача. Была красноречива в описании симптомов, демонстрировала трясущиеся и руки и показательно задыхалась.
Но наших врачей на «дышать тяжело», «все болит» и «что-то не так» не проведешь. Даже бесплатную биохимию не выпросила. Максимум ФГДС и бонусом «а сходите-ка вы к психиатру».
ФГДС ожидаемо язвы не выявил и вообще ничего, чего мучилась над этим зондом – не понятно.
Но по ощущениям – тонометр не поможет. Одно радует – прекрасный аппетит.
Решила, что пора поговорить с сыном, как со взрослым.
Рассказала, где карточка лежит, где пин-код записан, где документы на дачу.
Цветы, говорю, поливай хотя бы раз в неделю, дачу не продавай, вот номер телефона коня.
Но сын, посещающий поликлинику исключительно для того, чтобы вырвать очередной зуб мудрости, и потому не знакомый с учением старушек, телефон коня брать отказался.
Зато с пристрастием допросил о симптомах и пошел гуглить.
Результатами остался доволен, велел перепрятать карточку и побежал в магазин за шоколадкой.
Оказалось, что если вы курили восемь лет, а потом в одно прекрасное утро проснулись и решили бросить, то будьте готовы пройти через абстинентный синдром, то есть синдром отмены.
Потому что бросать сразу можно только если вам до тридцати. Если же больше - только постепенно, чтобы организм успел перестроиться.
Причем длиться эта мутотень будет двенадцать недель, если верить интернету. На момент допроса у меня было девять недель. И мочи терпеть никакой нет. В голове исключительно жизнеутверждающие мысли.
Бороться интернет предложил только шоколадками. Мои весы были против, но я им пообещала после Нового года праздничные скидки.
Правда, сегодня утром полегчало. Камней в груди поменьше, мыслей тоже. Может, потому, что к двенадцати неделям на один день ближе, может, потому что интернет - сила.
И главное, что обидно - ведь девять недель прошло, а все равно курить хочется. Курит рядом кто-то, не курит – все равно хочется. Я даже думала покурить чуть-чуть. А теперь уж ни за что. Что я, зря так мучаюсь?
Поделилась с соседом по тамбуру. Научилась у старушек в поликлинике. Он же у нас курящий, думала, ему будет интересно.
Сосед слушал внимательно. По глазам было видно – теперь он курить ни за что не бросит.
А вот нечего было в воскресенье утром стену штробить, а потом хвастаться – я перфоратор новый купил.
