Драма о гангстерском шике старой доброй Англии.
Гангстер (Боб Хоскинс), заправляющий лондонскими доками, получает несколько неприятных известий. В его казино подложена бомба, мамин роллс-ройс взлетел на воздух, подельник-гей заколот в бане… Американские инвесторы Гарольда в панике, а сам он в бешенстве и готов перевернуть весь Лондон, чтобы найти тех, кто портит ему жизнь.
«Долгая Страстная пятница» — один день из жизни лондонского воротилы, землевладельца и крестного отца, который пока ещё лично ездит на стрелки и не отвык гнуть пальцы (то ли подручным не доверяет, то ли искренне любит это дело). Начавшись за здравие, кончается эта пятница за упокой, однако не стоит проводить никаких параллелей между Гарольдом и Страстотерпцем: воскресения не будет. А название ровным счётом ни на что не намекает. Просто разъясняет, что дело было на пасху.
«Долгой Страстной пятнице» многим обязан тот же Гай Ричи.
Сыгравший ирландского боевика Пирс Броснан стал агентом 007.
Производством занималась компания Джорджа Харрисона Handmade Films. И экс-битл был недоволен жестокостью фильма.
«Долгая Страстная пятница» — это итальянские рубашки, пиджаки с Бонд-стрит, кожаные сиденья «ягуара»; смешавшиеся во рту кокни с односолодовым скотчем — понятно, что ничего круче в принципе быть и не может. Однако режиссёр Джон Маккензи умудряется в эту самодостаточную (как кажется его эпигонам вроде Гая Ричи) форму впихнуть немного содержания. А не ограничиться лишь несколькими эффектными сценами — такими, как допрос гирлянды развешенных на мясницких крюках лондонских авторитетов.
Крепкие бультерьеристые мужчины при стволах и костюмах здесь вписаны в настоящий эпос: Гарольд на своей территории ни в чём не уступит королю Артуру. Он — отражение британской колониальной истории, её осколок. Крепколобый, оскаленный хорёк. Гарольд сначала решает преподать урок снобизма прибывшим на переговоры янки, а затем пытается приструнить распоясавшихся ирландских боевиков: среди них выделяется смешливый киллер, сыгранный молодым Пирсом Броснаном. В итоге наш герой, как и добрая старая Англия, терпит поражение по всем фронтам: американцы отчаливают обратно в Нью-Джерси, безумные ирландцы берут его на поводок. Потеря Лондона неизбежна. Крупный план обезумевшего от ярости и бессилия, запертого в собственном «ягуаре» Гарольда такая же классика криминального жанра, как, скажем, последний план с поцелуем руки из «Крестного отца» или финальный выстрел в «Убрать Картера». Без «Пятницы» невозможны ни «Англичанин» Содерберга, ни «Сексуальная тварь» Глейзера, ни Гай Ричи с Мэттью Воном.
Классика британского криминального жанра.
Василий Степанов