Глава ассоциации фермеров Тукаевского района рассказал, как встретился с Джорджем Бушем и как в США поддерживают фермеров
«БУШ ПОДОШЕЛ И СПРАШИВАЕТ У МЕНЯ: «КАК ДЕМОКРАТИЯ РАЗВИВАЕТСЯ В РОССИИ, КАК ВОПРОСЫ С ЧАСТНОЙ СОБСТВЕННОСТЬЮ РЕШАЮТСЯ?»
— Минталип Исмагилович, вы фермерством занялись уже в достаточно зрелом возрасте. Расскажите, пожалуйста, как к этому пришли, что предшествовало?
— Фермерством я занялся действительно уже в зрелом возрасте, в 50 лет. Но вся моя жизнь до этого была связана с сельским хозяйством. В 1971 году я окончил Чистопольский техникум, начал работать механиком в своем родном Нурлатском районе, в деревнях Кривое Озеро и Степное Озеро, в колхозе имени Мусы Джалиля. Потом поступил в Самарскую сельхозакадемию, окончил ее, работал на руководящих должностях — главным инженером, главным энергетиком, управляющим сельхозпредприятием. За фермерство взялся, потому что это на самом деле самая благородная работа. Землю не обманешь и не перехитришь. Для работы на ней нужны глубокие знания, понимание земли и хорошие технологии — и тогда только можно получить качественный урожай и иметь возможность дальше развиваться. Второй момент: фермером стал, чтобы наши с женой дети и внуки тоже стали благородными и порядочными людьми, чтобы им досталось это дело, чтобы и они занимались производством сельскохозяйственной продукции.
— У вашего хозяйства какая специализация?
— Зерновые и картофель. Доминирующая культура — картофель, конечно. Мы поставляем его в Набережные Челны — в основном на объекты социальной инфраструктуры: в детские сады, школы, больницы. Также и горожанам продаем на ярмарках, с торговыми сетями работаем. Из многих районов Татарстана обращаются к нам, чтобы закупить картофель. За пределы республики поставляем в Дагестан, Чечню и Москву.
— Что стало для вас толчком, чтобы взять и с нуля приступить к созданию хозяйства?
— В 2000 году по программе обмена опытом нас, несколько человек из Татарстана, отправили на стажировку в Америку. Я оказался в штате Южная Каролина, в городе Оринджберге. Там в Университете Клемсона есть центр внедрения научных разработок в сельское хозяйство. В течение месяца мы проходили стажировку — смотрели, как они производят сельхозпродукцию, как перерабатывают ее. Получив знания по организации работы фермеров в Америке, я тоже загорелся. Там фермерство действительно поставлено на очень серьезный уровень, передается из поколения в поколение. Им в этом смысле дальше развивать начатое несколько десятилетий назад дело, конечно, полегче, потому что основа уже есть. Мы же в те годы с азов самых начинали.
Когда в Америку прилетели, нас определили жить по американским семьям. Меня поселили у капиталиста Рокмара, который занимается выращиванием рулонных газонов. Выяснилось, что он в довольно дружеских отношениях с семьей Буша. Уже где-то половина стажировки нашей прошла, и Рокмар нам говорит, что Джордж Буш-младший в Оринджберге будет проводить встречи с избирателями, и меня спрашивает, есть ли желание на встречу с Бушем сходить. Нас всего было 11 человек из России на этой учебе, но мы впятером на встречу попали. Буш, что мне очень понравилось тогда, открыто там на трибуне стоит, выступает без бумажки. Нам профессор Кутузов сколько успевал, переводил.
Видимо, или сам Рокмар, или еще кто-то сказал Бушу, что здесь присутствует русская делегация. Когда он свое выступление закончил, направился к нам. Капиталист Рокмар нам говорит: «Сейчас он будет с вами беседовать». Как беседовать с нами? Мне ребята, с которыми мы приехали, говорят: «Минталип Исмагилович, если мы что-нибудь не то ляпнем, нас ФСБ затаскает, давай уж ты с ним сам побеседуй».
Ладно. Буш подошел и спрашивает у меня: «Как демократия развивается в России, как вопросы с частной собственностью решаются? Как вас приняли здесь, как вам учеба?» Я ему отвечаю: «Приняли очень хорошо, все нормально, спасибо. В России система торговли уже в частных руках находится и бытовое обслуживание тоже у частников. Фермерские хозяйства появляться стали, потихоньку демократия внедряется. Мы находим общий язык с американскими фермерами, с предпринимателями, состоим с ними в хороших отношениях, с полуслова понимаем друг друга. Хорошо бы и на уровне президентов двух сверхдержав находить общий язык».
Он так посмотрел на меня пристально, руку пожал и своим помощникам, видимо, сказал, чтобы мне книгу подарили, которую он написал. Они мне ее вручили с его автографом. Я, по правде сказать, этой встрече тогда особого внимания-то и не придал. Но на следующий день во всех газетах американских фотография появилась, где Буш со мной беседовал. Когда домой приехал, в аппарате президента оказался по делам ассоциации. Рокмар мне папку фирменную подарил, и у меня как-то эти фотографии из нее выпали. Я начал собирать их, и тут тогдашний пресс-секретарь Минтимера Шариповича Ирек Муртазин спрашивает: «Что это такое?» Я говорю: «Фотографии с Бушем». На что он отвечает: «Как так? Откуда?» Я ему рассказал, что так, мол, и так, в Америке когда был, то волею случая пришлось с Бушем-младшим побеседовать. Муртазин сказал: «Ты что такие вещи скрываешь?» Фотографии у меня забрал и спросил, где я буду завтра, потребовал, чтобы я был на связи. «Телевизионщики и газетчики к тебе приедут, ты, пожалуйста, расскажи им, как проходила эта встреча», — попросил он. Потом я читаю в газетах: «Татарстанский картофелевод переплюнул Путина, который еще не успел встретиться с Бушем».
— Кем вы тогда работали?
— Руководителем ассоциации картофелеводов Татарстана «Аскар». Мы в 10 районах РТ в 34 хозяйствах занимались развитием картофелеводства — осваивали новые сорта семенного материала, внедряли новую технику, технологии. Все начинали с нуля практически. Уровень развития картофелеводства был тогда, прямо сказать, кустарный. Сажалками, копалками картошку сажали или при помощи школьников убирали ее с полей. Не было как серьезных технологий, так и уборочной и складской техники.
— В Америке фермеров как поддерживает государство?
— В Америке фермеры в так называемых фармбюро решают самые разные вопросы — кредитуются под 2–4 процента годовых, больные вопросы. И по животноводству, и по растениеводству, и по рыбоводству, и по птицеводству им там помогают решать проблемы. Если в каких-то вопросах фермер забуксовал, затормозился в развитии, эти фармбюро ему помогают. На серьезный уровень у них поставлен и вопрос сбыта сельскохозяйственной продукции. Фьючерсный рынок практически полностью решает проблему сбыта продукции фермера. Допустим, фермер хочет продать 1 тысячу тонн ячменя или пшеницы, он идет в фармбюро, и ему тут же подбирают потенциального покупателя, обговаривают цену и...
— Если у фермера неурожай?
— Если у него неурожай, то есть страховые компании. В случае убытков он получает поддержку от страховой компании. В Америке абсолютно все застраховано. Кстати говоря, раньше, когда мы только начинали заниматься фермерством, от страховых компаний поступали предложения страховать риски. Сейчас таких предложений нет, они нас избегают.
— Вы сами это с чем связываете?
— У нас зона рискованного земледелия, а страховщики хитрые, рисковать не хотят, гребут деньги только там, где есть выгода.