Было это весной 1945 года, уже в самом конце войны. Служил я тогда в танковой бригаде, и ездили мы на новеньких ИС-2. И вот сидим мы как-то на своих привычных позициях, на окраинах Берлина. Последние бои ведутся только в центре, а мы, можно сказать, отдыхаем. Ну и как-то прошел слух, мол, капитуляция подписана, война почти кончилась. Эта информация была непроверенна, но, чувствуя скорую победу, решили мы немного отпраздновать это дело. Ну и договорились позвать радисток, которые служили совсем неподалеку, взять трофейный шнапс, и вечером тихонечко посидеть.
Идти за радистками решили я и мой друг, рядовой Савин. Он был еще совсем молод, лет 18-19, уже и не помню особо. И вот он все радовался, что на фронт попал уже под победу. Это было, конечно, не очень вежливо, но что взять с мальчишки.
Итак, мы с ним пошли. Надо было проходить через территорию, на которой не было наших подразделений, но это было совсем не страшно. Ведь немцев там нет, а недобитки только в центре и остались. Зря мы так думали. На половине пути в нашу сторону дал пулемет, MG-42, так называемая «циркулярная пила». Я не знаю, почему он промахнулся, ведь мы шли медленно и ничего не опасались. Но нам однозначно повезло.
Сразу же мы упали в ближайшие развалины, чтобы придумать, как поступить. Оставлять этого гада было нельзя, ведь он мог запросто приползти в любое место и открыть огонь по тем, кто этого не ждет. Мы решили сами с ним справиться. Я начал стрелять в то место, где примерно был враг, а Савин забежал в дом. Пока он там бегал и искал пути к немцу, я продолжал редкую перестрелку. Затем, судя по всему, у пулеметчика закончилась лента и он начал перезаряжаться. Воспользовавшись этим, я тоже забежал в дом.
Оказавшись внутри, я быстро нашел Савина, который зачем-то затаился за стенкой. Жестом он показал мне, что надо быть тихим. А дело было в том, что к пулемету есть только один свободный проход, и он охраняется еще одним немцем. Это было очень некстати. И у нас не осталось другого выхода, кроме как выдать себя. Я резко выскочил и дал очередь по врагу. Мы прошли дальше.
Надо было идти вверх по лестнице. Чтобы быстрее добраться мы побежали. Как вдруг нам на встречу бежит фриц, с пулеметом наперевес. И тут начался фейерверк, длительность в 2-3 секунды. Немец упал, я стоял, а Савин покосился. Одна пуля попала ему в живот.
Взяв товарища, я спустился по лестнице и потащил его до радисток. Через пять минут я был у них, а еще через три Савин оказался в полевом госпитале. Он выжил, но наши пути разошлись, потому что он выздоравливал, а я все еще был в строю.