«Кур'ер» подводит итоги третьего дня судебного заседания в Слуцке, 26 сентября. На нём были рассмотрены показания детей, взятые вскоре после убийства их сестры, и опрос, записанный на видео. Также опрошены свидетели: соседка по съёмному жилью и социальный педагог, контактировавший с детьми вскоре после трагедии.
Видели, как бьют других
Свидетель Наталья Воробей, социальный педагог из Минска. В феврале этого года ей привезли на опрос четверых детей из семьи Екатерины Жаврид. Один ребёнок (8-летний Максим) отказался от дачи показаний, был агрессивно настроен.
Все дети говорили односложно, речь упрощённая. Сложно было получить развёрнутый ответ. Плохо выговаривали слова, и психолог не всё могла понять. 7-летняя Эльвира была самая зажатая, с ней трудно было контактировать. Девочка практически не улыбалась.
Эльвира явно воспроизводила чужую фразу, когда говорила, что её били за то, что она плохо себя вела. Чётко пояснить, за что же её били, девочка не могла.
«Общий фон всех детей — мама кричала, ставила в угол, ругала».
Общее отношение детей: боялись дядю Максима, они видели, как бьют других. Отношение к маме: не могу сказать, что боялись так же, как «дядю Максима», но они не ожидали от неё помощи.
Фото: Алесь Достанко
Что говорили сами дети
Детальнее об этом «Кур'ер» писал здесь: «На суде в Слуцке зачитано, что говорили дети об избиениях».
Несколько цитат из публикации:
- «У Маруси были синяки на животе. Дядя Максим бьёт всех. У Маруси сердце болело, она плакала. /…/ Он бил её руками, видела. Мама тоже Марусю обижала».
- «Меня бил дядя Максим по животу рукой, сильно бил, больно было. Мама плакала из-за того, что дядя Максим бил Марусю. Я видел. Он меня по рукам бил руками, я плакал. Никому не жаловался. Мама видела, что он меня бьёт. Она говорила дяде Максиму уходить, а мне идти в угол».
- «Я убегал из дома, я не хочу такой дом. Там плохо было».
- «Дядя Максим нас бьёт по жопе. В угол ставит. /…/ Он всех детей бьёт. /…/ Я его боюсь. Мама говорила, что у него кукушка прилетела».
- «Бабушке и дедушке говорила, что меня бьют. И бабушка, и дедушка меня бьют, потому что я плохо себя веду, тоже ремнём по спине. Один раз били».
- «Меня били за то, что я брала и сломала пульт. Лёшу били за то, что он убегал. А Ирку били за то, что она хорошо себя вела, но ничего не делала. А Маринку, потому что лезет куда хочет, в провода. /…/ Всем было больно, все плакали. У меня был синяк под глазом. Меня папа бил за то, что я плохо считала. Я не понимала, как считать. Ещё я Ирку била за то, что она со мной не дружит. По голове кулаком её била».
«Марина, замолчи, Марина, замолчи»
Соседка обвиняемых заявила, что накануне убийства 2-летней девочки слышала крики.
Вещественные доказательства
Суду были предъявлены вещественные доказательства по делу об убийстве 2-летней девочки. В частности, леопардовый плед Лёши Жаврида, на котором есть пятна бурого цвета, и две наволочки с «пятнами и повреждениями». В списке вещдоков была одежда обвиняемых — Екатерины Жаврид и Максима Чижика. Также из предметов: собачий поводок, ножницы, медицинские и другие документы, касающиеся детей и сожителя их матери.
Судебное заседание продолжается. Все публикации на эту тему здесь.