Окончание истории.
Одновременно с ростом численности армии повышалась и её техническая оснащённость [1]:
Как видно из графика, за годы войны общее количество потребителей горюче-смазочных материалов в Красной Армии увеличилось в 2,3 раза, при этом резких рост пришёлся на 1942-ой год (+ 30,7%) с дальнейшим ежегодным увеличением количества автомобилей, бронетехники и самолётов, находящихся на вооружении Красной Армии, на 20 – 25%. Для авиации эта картина имеет следующий вид: рост количества самолётов в 1941 – 1945 гг. в 2,0 раза, также при резком увеличении их количества в 1942-ом году (+ 59,4%).
Наконец, повышение численности Красной Армии и степени её оснащённости, пришедшиеся на 1942-ой год, а также разгром противника под Сталинградом и Курском позволили Советам перехватить стратегическую инициативу и начать широкомасштабные наступательные операции. При этом прослеживается чётко выраженная тенденция роста глубины операций как фронтового, так и армейского уровня [2].
В целом же, действие всех трёх перечисленных факторов привело к значительному росту потребностей армии в горюче-смазочных материалах [3]:
Причём со второго полугодия 1943-го года начинается увеличение и среднемесячного потребления действующей армией горюче-смазочных материалов: так, если в 1941-ом году этот показатель составлял 266,6 тыс. тонн, в январе – июле 1942 года – 233,3 тыс. тонн в месяц, а в последующие двенадцать месяцев, вследствие установления фронтам и округам лимитов расхода топлива и сокращения количества наступательных операций, проводимых Красной Армией, – даже 229,7 тыс. тонн, то в июне 1943-го года – мае 1944 г. среднемесячное потребление горюче-смазочных материалов подскочило до 289,0 тыс. тонн, в июле – декабре 1944-го года – 351,6 тыс. тонн и, наконец, в январе – мае 1945-го года достигло 381,9 тыс. тонн с историческим максимумом в апреле 1945-го (439,1 тыс. тонн) [3].
Таким образом, анализируя ситуацию, мы приходим к выводу о том, что увеличение союзных поставок нефтепродуктов в СССР, приключившееся именно во второй половине 1943-го года, пришлось как нельзя вовремя: не раньше и не позже, а аккурат тогда, когда выросшая в размерах Красная Армия, получившая большое количество новой техники, в том числе и поставленной по ленд-лизу, перехватила у Вермахта инициативу и почувствовала в себе силы для мощных, чередующихся одно за другим наступлений конца 1943 – 1944 гг., так называемых десяти Сталинских ударов. Невольно в голове возникает ассоциация с внедрённым корпорацией “Toyota” в 1962-ом году на своих заводах и широко известным сегодня методом организации производства kanban...
Примечания:
[1] Россия и СССР в войнах ХХ века: Статистическое исследование. – М.: «ОЛМА – ПРЕСС», 2001. – с. 475, 476, 479, 480.
[2] Так, если глубина операции для войск Западного фронта в Московском контрнаступлении 1941 – 1942 годов колебалась от 100 до 250 км, а для войск 1-го Украинского фронта в ходе Киевской операции 1943-го года – до 150 км, то уже в Ясско-Кишинёвской операции глубина наступления войск 2-го Украинского фронта достигала 250 км, войск 1-го Белорусского фронта в Варшавско-Познанской операции 1945-го года – 500 км, а для войск Забайкальского фронта в Хингано-Мукденской операции колебалась от 380 – 800 км. Ещё определённее общая тенденция увеличения глубины операции просматривается на армейском уровне: для 20-ой армии в Гжатской операции 1942-го года она составляла 50 км, для 27-ой армии в ходе Белгородско-Харьковской операции 1943-го года – 115 км, для 11-ой гвардейской армии в Витебско-Оршанской операции 1944-го года – 160 км, для 69-ой армии в Висло-Одерской операции 1945-го года – 180 км и, наконец, для 39-ой армии в Хингано-Мукденской операции 1945-го года – 380 км! [Вторая Мировая война: Итоги и уроки. – М.: «Воениздат», 1985. – с. 302, 304].
[3] Доклад «Итоги работы тыла в период Великой Отечественной войны» № 01764 от 26.06.1946 г.