16 сентября в таганрогском драматическом Ордена «Знак Почета» театре имени А. П. Чехова состоялась долгожданная премьера.
Спектакль “Вишневый сад” в постановке Заслуженного артиста России режиссера Зураба Нанобашвили открыл Международный театральный фестиваль “На родине А. П. Чехова”.
Заметим, что спектакль с таким же названием, с теми же героями и даже в постановке того же режиссера уже шел на чеховской сцене десять лет назад. Тем не менее, нынешний спектакль, несмотря на общий первоисточник, кардинально отличается от прежнего. Что же изменилось?
«Ритм жизни, эстетика в целом. Я чувствовал необходимость вернуться к чеховскому тексту, и в этот раз получился другой спектакль, - отвечает Нанобашвили. - Изменилась острота отношения к каким-то вещам. Ведь, например, за один день может измениться вся жизнь. Смотрите, Лопахин не видел Раневскую 5 лет, и для него это огромный срок, во время которого происходит становление героя, множество событий и преобразований. А для Гаева эти пять лет - просто цифра, для него ничего не меняется - “Пойдемте, господа, спать”. Герой способен лишь проживать жизнь и без интереса, по многолетней привычке, катать шары и говорить пафосные речи. Все это требует нового осмысления, нового угла зрения».
По окончании спектакля, в фойе театра известный чеховед, заведующая отделом дореволюционных и редких изданий Центральной публичной библиотеки Таганрога Елизавета Шапочка поделилась своим впечатлением от увиденного:
«В спектакле Нанобашвили прагматичность Раневской разбивается о вишневый сад. Раневская, выслушав план Лопахина, недоумевает: «Вырубить? Милый мой, простите. Вы ничего не понимаете. Если во всей губернии есть что-нибудь интересное, даже замечательное, то это только наш вишневый сад». Зритель слышит, а если не слышит, то представляет удары топора. Темные одежды героев беспощадными крылами тоскующего настроения пронизывают всех и вся, вытесняя из сознания сочную, алую, спелую вишню. Откуда-то сверху доносится слабый звук лопнувшей струны… Примета дурная, несущая напряжение, черные предчувствия. На самом деле, сад в спектакле – полиморфный символ. Это и возделанное сознание, и символ совершенства, если иметь в виду исторические висячие сады Семирамиды. Можно также сказать, что вырубкой вишневого сада Чехов предугадал будущие потрясения России…»
Об этом же говорит и искусствовед, старший научный сотрудник Таганрогского Художественного музея Людмила Казакова:
«Визуальный ряд спектакля потрясает: белый сменяется черным, зеленая трава и луга заканчиваются смертью забытого в шкафу старика. Чтобы до конца осмыслить спектакль, нужно скрупулезное прочтение текста и взаимодействие зрителя со спектаклем, определенный душевный труд. Зритель взаимодействует с атмосферой спектакля, которую создаёт режиссер, и это главное…»
Тем не менее, по мнению Людмилы Казаковой, режиссер все же оставил зрителям надежду.
«Когда мы вместе и говорим об очень “больных” вещах, когда мы действительно это переживаем, то есть шанс, что наш сад не высохнет, его не вырубят и не продадут, - сказал режиссер в приветственном слове участникам фестиваля – «А когда есть надежда, значит, жизнь продолжается, и мы способны что-то изменить».
И самое главное, что ведет Зураба Нанобашвили по жизни и даёт ему силы работать: «Я понимаю, что мы ничего не исправим и ничему никого не научим. Но в наших силах подтолкнуть людей к мысли и дать возможность думать».