Прослушка в Российской Федерации

«Не по телефону». «Сейчас перезвоню с другого номера». «Давай выйдем на улицу, прогуляемся, тут лучше не говорить».

Такие фразы прочно вошли в жизнь российского истеблишмента, а ведь еще несколько лет назад жалующихся на прослушку телефонов и кабинетов принимали за полусумасшедших, вроде тех, кто носит шапочки из фольги и верит в зомбирующие лучи КГБ. Сегодня все знают: слушают всех, слушают без оглядки на закон и материалы этих прослушек чаще используют не в суде, а в политических интригах, доносах, провокациях.

На языке правоохранительных органов прослушка телефонов и контроль интернет-трафика называются аббревиатурой «СОРМ» - «Система технических средств для обеспечения функций оперативно-розыскных мероприятий». СОРМ-1 – это комплекс мероприятий, направленных на прослушку мобильной связи, СОРМ-2 – мобильного интернет-трафика. Сегодня такие методы расследования выходят на первый план, затмевая традиционные криминалистические подходы. Соответственно, подразделения, отвечающие за СОРМ, становятся все более влиятельными в составе органов внутренних дел. В Свердловской области это, например, бюро специальных технических мероприятий (БСТМ) ГУ МВД по Свердловской области и оперативно-технический отдел (ОТО) УФСБ по Свердловской области.

По закону, прослушка телефонов и контроль интернет-трафика возможны только по решению суда. Правда, закон позволяет следователям «включать запись» и без такового, если дело срочное и прослушка необходима для предотвращения готовящегося преступления. Примерно по такому же принципу следователям «в виде исключения» разрешают проводить обыски, получая санкцию суда уже постфактум. Как и в случае с обысками, часто правоохранители пользуются этой нормой, чтобы получать бесконтрольный доступ к чужим тайнам. Существуют также способы легализовать незаконную прослушку. Поместив имя и телефон нужной персоны в длинный перечень подозреваемых по какому-нибудь уголовному делу. Как говорят источники в органах, судьи почти никогда не вникают, каким образом та или иная фамилия связана с уголовным делом, и подписывают разрешения «одним махом». Такие судебные решения носят гриф «секретно», и кто оказался в списках «на прослушку», гражданам не узнать никогда.