Сколько себя помню, всегда негативно относился к детским садикам. Для меня это заведение было похожим на режимный объект, где каждый твой шаг отслеживался и нередко подвергался критике. Меня сильно смущала перспектива остаться одному до позднего вечера с кучей таких же орущих детей, но еще больше не нравился ритуал под названием "Дневной сон". Пока все дети засыпали, я рассматривал потолок, пытался считать прыгающих овечек, ковырял пальцем стену. Эти два часа казались бесконечными. Что бы я не делал, заснуть не получалось. Слева и справа уже давно посапывали Мишка с Региной, а я ждал... когда же вырублюсь я. Это происходило внезапно, в тот самый момент, когда в комнату входила воспитательница со словами: "Подъем! Встаем, встаем". Спящая орава тут же просыпалась и, заряженная новой порцией бодрости, бросалась к столикам, чтобы опустошить свои стаканы с теплым молочком. Я находился на грани между сном и реальностью. К теплому молоку с печеньками привыкнуть я так и не смог. И если меня с