Мне 33 года. Через пару минут начнется разговор с шестилетней мной. Я вижу перед собой темноволосую девчонку, которая сидит на краешке стула и боится поднять на меня глаза. Мы поздоровались, она еле слышно произнесла приветствие и густо покраснела. Маленькие пухлые ручки вцепились в сиденье, ножки в сандаликах и белых колготках спрятаны далеко под стул. Я делаю тихий глубокий вдох и начинаю.
- Меня тоже зовут Наташа. Я – это ты через много лет. Ты хочешь что-нибудь узнать?
- Не знаю, – девочка вздохнула и поджала губы.
- Давай, я начну рассказ, а когда у тебя возникнут вопросы, ты их задашь.
Она кивнула. Я улыбнулась, но улыбка осталась незамеченной. Я вспомнила, как сложно мне было общаться со взрослыми, тем более с новыми взрослыми. Надо было обязательно говорить правильные вещи, нельзя было задавать слишком личные вопросы. А как понять, личный это вопрос или нет?
- В детстве, лет до 30 примерно, я стеснялась новых людей. Я не находила слова, не знала, куда девать руки, как смотреть и что делать. Краснела, бледнела, отворачивалась. Я чувствовала себя глупо. Мне было страшно. Я замыкалась в себе и ограничивала общение. Но мне так хотелось узнать лучше окружающих людей.
Мне было любопытно, о чем они думают, мечтают, какие строят планы на будущее, чего боятся. Я очень хотела научиться читать мысли.
И ты знаешь, у меня ведь получилось. Не совсем так, как я представляла, но реалистично. Тебе интересно, как?
Наташа первый раз подняла на меня глаза и кивнула в ответ.
- Сначала я подсматривала за людьми: как кто себя ведет и что говорит. Запомнила тех, кто мне нравился больше всего. Их объединял похожий набор жестов, слов и выражений. Однажды, я набралась храбрости и повторила. Мне было очень страшно. Ладошки вспотели, сердце стучало где-то в горле и хотелось спрятаться.
Девочка уже во все глаза смотрела на меня. Я рассказала, с чего начинала, как постепенно добавляла все новые и новые элементы. Как раз от раза мне становилось легче поддерживать разговор. Что я перестала бояться спрашивать, ведь собеседник может согласиться, а может и отказаться отвечать, мне не надо было решать за него. Люди перестали выглядеть суровыми экзаменаторами. Мой мир наполнился дружелюбными занимательными личностями. Но бывали и исключения.
Мы поговорили еще немного. Теперь напротив сидела свободная эмоциональная девочка, не стесняющаяся задавать интересующие ее вопросы и подробно рассказывающая о своей маленькой жизни.
Я вышла на улицу. На душе было легко и тепло. Я улыбнулась идущей навстречу женщине и летнему дню.
