Интересно, почему вдруг и почему сейчас возник вопрос об определении линии административной границы, в частности, между Чечней и Ингушетией? Этот вопрос - проблема, возникает периодически с начала 90-х годов, когда две республики, входившие в состав ЧИАССР, были разделены после прихода к власти Джохара Дудаева.
В 1993 году главы Чечни и Ингушетии Джохар Дудаев и Руслан Аушев подписали договор, по которому Сунженский район, за исключением двух населенных пунктов, Серноводска и Ассиновской, отошли к Ингушетии.
Теперь вдруг и почему-то, глава Чечни Рамзан Кадыров подписал указ о создании республиканской госкомиссии для УТОЧНЕНИЯ административной границы Чечни, говорится в документе, размещенном на сайте администрации правительства республики.
«В целях создания организационно-правовых условий для подготовки документов и обосновывающих материалов, необходимых для уточнения местоположения и установления административной границы Чеченской республики в соответствии с законодательством РФ и разрешения спорных вопросов при ее установлении, создать государственную комиссию Чеченской республики» — говорится в документе.
О каких спорных вопросах идёт речь, если бумаги подписаны и никто, что-то не подавал в суд протест и не оспаривал.
Понятное дело, что в задачи созданной комиссии будет входить сбор, подготовка, изучение и анализ документов и материалов, необходимых для разъяснения вопроса границ и определения принадлежности территорий. На чём же они будут основываться? На архивных документах начала прошлого века, или на закон 1993 года.
Хотя, если бы они принимали его за основу, то вопроса с границами и не возникло бы! Не понятно. Понятно, что комиссии будет оказываться всякое содействие. А чему-то содействовать? Как мы знаем, что написано пером, то есть ручкой, то не вырубишь топором. Документы были подписаны.
Контролировать ход работы комиссии Кадыров намерен лично.
12 марта глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров выступил с телеобращением к жителям, заявив, что Сунженский район является неотъемлемой частью республики.
Это высказывание вызвало незамедлительный ответ со стороны спикера чеченского парламента Дукувахи Абдурахманова: «Как этот район может быть ингушским, если все документы на него, а по сути – паспорт, у нас на руках?» В качестве главного аргумента Абдурахманов сослался на постановление советского правительства 1929 года, согласно которому «право на Сунженский район имеет исключительно Чеченская республика» (в тот момент Чечня и Ингушетия были отдельными субъектами в составе РСФСР).
«На момент объединения Ингушской и Чеченской автономий в 1934 году этот район был чеченский, – продолжил Абдурахманов. – И, соответственно, на момент разъединения он, безусловно, остается чеченским».
Опасность такой аргументации заключается в том, что требование восстановить историческую справедливость может вызвать цепную реакцию. Дело в том, что на момент создания единой Чечено-Ингушетии в состав тогдашней Ингушской республики входил Пригородный район (территория к востоку от Владикавказа), который после депортации ингушей в 1944 году был передан Северной Осетии и с тех пор является спорной территорией между двумя соседними народами. В 1992 году спор вокруг земель между Владикавказом и административной границей Северной Осетии и Ингушетии вызвал кровопролитный этнический конфликт, последствия которого не преодолены до сих пор.
В начале марта секретарь ингушского отделения «Единой России» Зелимхан Евлоев уже направил обращение на имя секретаря президиума политсовета партии, вице-спикера Госдумы Сергея Неверова, где сказано, в частности, что «в случае развития событий по чеченскому сценарию ингушская сторона оставляет за собой право требовать территории Пригородного района и Правобережной части Владикавказа». Действия депутатов чеченского парламента Евлоев назвал «опасной провокацией, способной взорвать как обе республики, так и весь северокавказский регион».