В обычной жизни мы не замечаем, что освещение бывает разного цвета. Удивительным образом, если нам показать чистый лист бумаги, мы всегда скажем, что бумага белая, неважно, будет это при свете костра или на ярком солнце, в пасмурную погоду или ясным вечером на закате… Для камеры это не так. Цвет белого листа бумаги на фотографии будет различным при разном освещении. Если, например, сфотографировать белый лист в ясную погоду, так, чтобы на часть листа упала тень, то бумага в тени окажется голубой, а на солнце – желтой.
Почему? Но солнце в самом деле имеет желтый оттенок, а там, где тени главную роль обретает освещение голубого неба. Это совершенно очевидно. Стоит задуматься, как сразу становится ясно, что по-другому и быть не может. Если спрашивать «почему», логичнее задаться вопросом, почему в жизни бумага нам всегда кажется белой? Даже больше того, мы можем практически точно различать цвета при любом освещении. Как нам это удается? Ведь совершенно очевидно, что при красном свете костра все объекты должны стать красными, а в тени солнечного дня, освещенные только небом, они должны стать голубыми.
Камера видит именно так. Чтобы привести цвета в норму пленка определенным образом готовилась при изготовлении. Это называлось «сенсибилизация». Каждый тип пленки был предназначен только для определенных погодных условий. При любых других условиях надо было менять пленку либо навинчивать на объектив специальные цветные стекла-светофильтры. Сейчас, в цифровой камере, это называется балансом белого, этот параметр необходимо выставить до съемки. Впрочем, сегодня большинство камер с успехом делают это автоматически.
Но иногда это оказывается делом очень сложным или совершенно невозможным. Обычно это связано с фотовспышкой. Свет криптоновых ламп, которые используются во вспышках, очень близок по цвету к солнечному свету, но очень далек от ламп накаливания или ламп с «теплым светом». На их фоне свет вспышки выглядит голубым, а свет «теплых» ламп выглядит желтым.
В таких случаях невозможно так подобрать баланс белого, чтобы и фон и передний план были бы на фотографии в натуральных цветах. Такая же ситуация возникает при съемке в освещенном помещении возле окна. Свет из окна, подобно свету вспышки, имеет более голубой оттенок, по сравнению с большинством ламп.
Вспышка мелькает очень быстро, мы часто не успеваем ее заметить. Но свет из окна не заметить нельзя. И мы по-прежнему без труда определяем истинные цвета объектов, даже при таком двойном освещении. Никто не жалуется, что это мешает восприятию. В жизни не мешает. На фотографии это воспринимается противоестественно.
Обычно это объясняется тем, что наши глаза умеют автоматически «вычитать» цвет источника света из того, что мы видим.
Это действительно так.
Вы не задумывались, почему о телевизорах говорят «голубой экран»? Когда мы смотрим телевизор, он вроде не голубой, а нормально белый. Голубым он становится, когда мы смотрим на другие предметы, освещенные телевизором. Или когда мы с улицы смотрим на занавески в окне, где работает телевизор – они мерцают голубым светом.
Первые ЖК-мониторы компьютеров и телефонов меняли оттенок цвета, если смотреть на них под разным углом. (У многих и сейчас такой телефон.) Но это не мешало людям разглядывать фотографии. Не надо было искать угол зрения, при котором цвета на фотографии нас устроят. Под любым углом глаз быстро привыкает.
Это относится только к светящимся изображениям, т. е. на экране. Стоит нам напечатать картинку на бумаге, как глаз перестает вычитать общий оттенок.
Когда я только учился фотоделу в прошлую еще пленочную эпоху, такой общий оттенок назывался термином «вуаль». Появлялся он обычно из-за слишком долгого нахождения фотографии в проявителе, либо из-за истощения растворов – проявителя и закрепителя – которые уже пора было менять. Фотографы всячески боролись с вуалью. Некоторые пытались использовать вуаль как художественный прием, но большинство зрителей не соглашались видеть в этом искусство, считали вуаль браком.
В новую, цифровую эру наоборот возникла мода придавать фотографиям цветовой оттенок. И это уже не воспринимается как брак, зрители видят, что фотография обрела новое настроение.
Что-то изменилось в восприятии людей? Нет! Просто мы теперь почти перестали распечатывать фотографии на бумаге. Подавляющее число фотоснимков всю свою жизнь проводят на экране. Сняли на телефон – посмотрели на экране, выложили в интернет – другие посмотрели тоже на экране. Фотография может набрать миллион лайков и ни разу не оказаться распечатанной на бумаге. Пока мы смотрим на фотографию с экрана, дополнительный цветовой тон воспринимается как художественный прием, создающий настроение. Стоит распечатать эту же фотографию на бумаге, и вместо художественного приема мы увидим только брак!
В чем разница?
Когда изображение на бумаге, цвет создается красками. Краски поглощают часть лучей падающего света. Получается, что цвет образуется из белого света как бы вычитанием части лучей. Говорят о «субстактивной» модели цвета. В этом случае наш глаз видит и отраженный и падающий свет. Сравнивая отраженный свет с исходным глаз может определить истинный цвет объектов. Поэтому мы видим бумагу белой при любом освещении.
На экране изображение создается наоборот. Сам по себе экран – черный. Светодиоды или какие-то другие источники света освещают каждую точку экрана. Разные цветные лучи складываясь образуют белый цвет. Эта модель цвета называется «аддитивной». Нашему глазу оказывается не важно, какой оттенок на самом деле имеет белый, глаз принимает за белый цвет самую яркую точку на мониторе, все остальные цвета отсчитываются от этого белого. Таким образом общий цветовой оттенок вычитается.
Непонятным остается только одно. Почему, когда мы стоим в комнате с освещением возле окна, на объекты падают два разных света от разных источников — нам это никак не мешает. А на фотографии, сделанной в тех же условиях это выглядит как дефект. Причем не важно, смотрим мы на фотографию на бумаге или на мониторе.