Вот и случилось долгожданное: вышла очередная часть киноэпопеи «Гоголь». И, как обычно, одни, большей частью, фанаты, в радости поспешили превознести конец трилогии как нечто невообразимое, тогда как кинокритики по доброй традиции обрушили на создателей фильма ушат дурнопахнущего вещества. В преддверии начала показа ходили слухи о снижении интереса аудитории к заключительной картине, ввиду чего по ряду городов была устроена акция: Черный Всадник гулял по бульварам, фотографировался с зеваками и пугал детей. Так ли это было нужно? Ответ можно найти только посмотрев финальную ленту цикла.
«Гоголь. Страшная месть» получился гораздо более похожим на первый фильм. Именно такие эмоции, реплики и бессвязные мысли выдают на выходе посетители кинотеатров, утрамбовывая упаковки от попкорна поглубже в переполненные урны. И они правы. Логичной скрепки с событиями второй картины решительно нет. Николай Васильевич просто просыпается от летаргического сна, но уже в могиле, вырываясь