Пока все упомянутые нами олимпийские боги были либо братьями и сестрами Зевса, либо его детьми. Гермес в этом смысле не исключение, любвеобильный громовержец прижил его от плеяды Майи.
Гермес отвечал за торговлю и воровство с мошенничеством. Ну, это-то понятно, оба эти дела взаимосвязаны так, что одно без другого почти невозможно. И первую свою торговую сделку (или преступление, кому как нравится) Гермес совершил в раннем младенчестве.
С какого-такого перепуга Гермесу понадобились коровы его единокровного брата Аполлона, история умалчивает, но уж так он их возжелал, что не мог лежать в своей колыбели, убежал от мамы и рванул туда, где Аполлон пас свое стадо. Привязал к ногам пятнадцати скотинок веток, для сокрытия улик от следствия, и погнал их в укромную пещеру, куда завел животных задом наперед, чтоб следы вели наружу, тем самым сбив следствие со следа. После чего отловил черепаху, вероломно выселил ее из панциря, сделал из него лиру, натянув струны из кишок пары коров, которые тут же на месте принес богам в жертву. После этих странных действий, Гермес вернулся к маме и закутался в пеленки, как будто так и было.
Аполлон, обнаружив, что его обворовали, очень долго вел следственно-розыскные мероприятия, которые так ни к чему и не привели. Свидетели вроде бы видели, что какой-то ребенок гнал куда-то искомую скотину, но толком так ничего сообщить не смогли. Аполлон побегал-побегал, даже мимо той пещеры пару раз прошел, но заглянуть внутрь не удосужился, потому как следы же вели наружу…
Зарекомендовав себя никаким следователем, и оставив надежду найти коров с помощью логики и дедукции, Аполлон прибег, вероятно, к божественной интуиции, которая ему подсказала, что виновником был новорожденный Гермес и никто другой. Чем руководствовался Аполлон не ясно, вероятно в голове его происходили процессы, близкие к тем, которые происходят сейчас в голове премьер-министра Великобритании Мэй, с ее шедевральным «хайли-лайкли». Ничуть не заботясь о доказательствах, Аполлон пришел к своему брату, мирно пускавшему слюни в колыбели, и предъявил ему обвинение: «Не знаю почему, но хайли лайкли, это ты, Гермес спер моих коров, потому что больше я ничего не смог придумать. А потому немедленно возвращай мне моих животных».
Гермес ушел в глухую несознанку – так, мол, и так, дорогой мой брат, я вообще тут не при делах, я вообще еще из пеленок не выбрался, какие-такие коровы, знать ничего не знаю, ведать ничего не ведаю. Зуб даю.
Аполлон и грозил и добром уговаривал, но Гермес, понимая, что доказательств никаких нет, стоял на своем.
Следствие зашло в тупик.
Пришлось призвать на помощь высший суд, то есть самого Зевса. Взял Аполлон Гермеса и пошли они к своему папаше за справедливостью.
Зевс быстро расколол своего сына, каким образом, опять же, не сообщается, но тут вообще вариантов быть не могло – Зевс никак не мог облажаться, это бы подорвало его авторитет, и тогда все бы стали друг у друга красть что ни попадя, а такого беспредела Зевс допустить не мог. Так что раскол он своего младшенького, в считанные минуты, разделал, как сам Гермес до этого разделал черепаху. В общем, сознался Гермес, покаялся и повел Аполлона в ту пещеру, возвращать ворованное добро.
А причем тут невинноубиенная черепаха и ее панцирь, на который намотали кишки коров и обозвали сей шедевр искусства лирой? А вот причем.
Пока Аполлон, радуясь возвращению своих коров, прыгал по пещере, Гермес сел у входа и давай играть на лире. А Аполлон, как вы помните, был известным меломаном и очень уважал искусство, поскольку сам же ему и покровительствовал.
- Ух ты, какой у тебя инструмент занятный, - тут же умилился Аполлон.
- Ага, - ответил хитрый Гермес, - вот тут на досуге изобрел. Лира называется. Хочешь, давай поменяемся. Я тебе лиру, а ты мне коров оставишь?
- А давай! – согласился Аполлон.
Так стало у него на пятнадцать коров меньше и на одну лиру больше. А Гермес прославился этой историей, после чего ему немедленно отдали под покровительство всех воров и мошенников, а заодно и торговцев, потому как даже в те времена понимали, что разница между этими двумя видами деятельности небольшая.