История вторая
Как это не странно для современной жизни, но мы поженились не по залету. У всех моих подруг именно залет стал поводом к походу в загс. Мы любили друг друга. Ну, покрайней мере именно так я думала в тот момент времени. Забеременела я через год после свадьбы. Первый триместр прошел хорошо. Меня даже не тошнило ни разу. Анализы у врача не вызывали никаких опасений. А вот на втором триместре начались проблемы. Сначала врачу не понравились мои анализы, велела пересдать. Потом на плановом узи – врач сказал, что надо делать дополнительные анализы, но уже сейчас он почти уверен, что у ребенка гидроцефалия. И все это он говорит так спокойно, как будто курс доллара обсуждает. А я уже чуть сознание не теряю. Выползла я кое-как из консультации, на негнущихся ногах доползла до такси и домой. Рассказываю все мужу. Он жалеет, успокаивает, говорит, прорвемся.
На следующий день позвонила свекровь (муж ее уже ввел в курс дела) и сказала, что записала меня в платную клинику, к очень хорошему специалисту. Запись была через два дня. Поехали с мужем вместе. В клинике у меня взяли все необходимые анализы, сделали узи, еще кучу всяких манипуляций провели. Вобщем, по итогу диагноз гидроцефалия подтвердился, плюс обнаружился сложный порок сердца, проблемы с почками и пищеводом. И вполне вероятно, что после рождения выявятся еще какие либо патологии. Врач сказала, что такие патологии развития плода это прямое показание к прерыванию беременности. Муж сказал, что мы будем думать, и увез меня из клиники.
На следующий день у нас собрался консилиум из свекрови, моих родителей и мужа. Я в обсуждениях участия не принимала. Мне было очень плохо морально. Я пыталась примирить себя с мыслью, что этого ребенка у меня не будет. Рожать инвалида, обрекая его на мучения, я не собиралась. Но своих родственников я слышала очень хорошо. Муж, свекровь и моя мама заняли стойкую позицию – надо рожать! И не важно, что там со здоровьем! Аборт это грех, что бог дал то и родим. Мой папа больше молчал, лишь иногда вставляя робкие реплики, что может все-таки не надо, раз врачи говорят. Но его никто не слушал.
Я приходила в себя три дня. За это время муж со свекровью съездили на консультацию к нескольким врачам и профессорам с моими результатами анализов. Выяснили они, что со всем нашим анамнезом, ребенку понадобится порядка десяти серьезных, дорогостоящих операций, точнее сказать можно будет после рождения. Но даже после всех этих операций малыш не станет здоровым. У него будет пожизненная тяжелая инвалидность. А операции эти только дадут ему возможность жить, но не прекратят мучения. Ну ничего, сказал муж, инвалиды тоже имеют право на жизнь.
Но я была не согласна со своими родственниками. И пусть меня считают эгоистичной убийцей, но я не хочу потратить свою жизнь на выхаживание инвалида. Я еще понимаю, когда отклонения в здоровье выявляются только после родов. Тогда да, ничего не поделаешь, ребенок уже рожден. Но в моем случае этого можно избежать. Можно прервать беременность, хорошенько обследоваться и родить здорового ребенка.
Когда я объявила о своем решении прервать эту беременность, то родственники просто озверели. Они готовы были меня на цепь посадить, только бы я доносила этого ребенка. Но я таки нашла возможность и поехала в клинику. Меня положили, а на следующий день все было сделано. Да, мне было больно, да, я ревела в подушку. Я же не бездушная. И это был мой ребенок. Но я не жалею о своем решении. Я не считаю правильным, рожать заведомо больного ребенка, обрекая его на мучения, а его родителе на пожизненное служение инвалиду.
Можете кидать в меня камни. Но вот такое у меня видение жизни.
А муж со мной развелся после всего этого. Мать почти не разговаривает. И только отец меня поддерживает и понимает.