Одним из самых распространённых тантристских обрядов является ритуальный комплекс, известный под названием «пять М». Он заключается в том, что группа адептов секты, мужчин и женщин, собираются в уединённом месте, где они последовательно совершают следующие действия: пьют вино, едят мясо, рыбу, жареное зерно, вступают в половые сношения (madya, mamsa, matsya, mudra, maithuna).
Все эти действия сами по себе не являются специфически культовыми, но становятся таковыми в силу их перенесения в топос культа, который выражается здесь в идее связи субъекта с обожествленным под именем богини Шакти энергетическим началом человека. Перейдя в топос культа, эти пять действий становятся маркирующими тантристский культовый текст. Но этот обряд включает в себя и ряд специфических культовых действий, не реализующихся в каком-либо топосе, кроме данного: начертание сакральных диаграмм, произнесение сакральных формул, сакральная жестикуляция.
Принятие мяса во время церемонии выражало прежде всего ритуальное действие - употребление еды, запретной в обычных условиях. В этом случае следует признать, что внесение процесса еды в ритуальную Связь являлось скорее перенесением некоторого акта поведения из одного топоса в другой, чем включением топоса первого порядка целиком внутрь какого-либо иного. Мы не можем точно определить, каково было количество мяса, потребляемого адептом во время обряда, но имеющийся материал заставляет думать, что речь шла о небольшой доле и значение действия состояло в самом факте его совершения.
Половой акт сакрализируется таким же путём, то есть не просто приобретает ещё одно значение, но принимает новый смысл, утрачивая прежний. На уровне единичного ритуального действия этот акт символизирует Связь с богиней Шакти. Заметим, что на этом уровне моментом, маркирующим данный акт как сакральный, будет coitus sine ejaculatione, а моментом специфически сакрального поведения - мыслительное сосредоточение субъекта на соединении с божеством.
Пятигорский, Герасимов, «Общая модель культового поведения в тантризме с точки зрения лингвистической психологии», Симпозиум по структурному изучению знаковых систем, АН СССР, 1962