- Что делать будем? Он же умереть может!
- У него ухо распухло неимоверно, если всё это в голову пойдёт…
- До утра может и не дотянуть, давай я ему кровопускание сделаю, вы вдвоём держите его, а я …
В прихожей сидел грустный кот с больными мутными глазами и очень сильно отёкшим ухом. Поздний вечер, за окном вьюга и метель, мороз около 25 градусов. Конечно, кота при таких обстоятельствах принесли в дом. Вообще коты живут в летней кухне, но Василичу нужен присмотр и уход человека.
Проблема в том, что хозяин один физически не справится, а хозяйка боится вида крови, и может упасть в обморок. На помощь призвали брата хозяйки, чтобы было кому держать кота во время болезненной процедуры.
Хозяйку и дочку удалили из комнаты, дверь прикрыли плотнее. Василич, как любой хищник, почуял опасность и было метнулся к выходу, но было поздно. Кот был завёрнут в толстую ватную телогрейку, лапы зафиксированы.
- Ну что, брат, сейчас я нанесу тебе пользу. Извини, будет больно. - хозяин, достал толстую иглу от капельницы, продезинфицировал её спиртом, ватой протёр несчастному больное сизо-малиновое ухо.
- Терпи, мой хороший, сейчас папа будет тебя лечить. - с этими словами хозяин резким коротким ударом ввёл иглу под кожу кота. Кот не кричал, он издал глухой жалобный звук, похожий на мычание. Всё ненужное через полую иглу стало вытекать в подставленное ведро.
В этот момент хозяин радовался хотя бы тому, что девочек нет рядом. Ему, мужчине, было муторно смотреть и делать это, но выбора нет, нужно спасать друга. Всё это время брат хозяйки крепко держал кота как ребёнка в пелёнках, ему тоже было не по себе. А за дверью мяукал Марсик, младший брат Василича, он переживал за брата, и требовал пустить к нему.
На следующий день Василича осмотрел ветеринар, подтвердивший, что коту, возможно, спасли жизнь. Сделали операцию, наложили швы и наказали протирать их спиртом. Как выяснилось позже, этого не следовало делать.
Больного, обессиленного кота принесли в дом, и обустроили ему место на диване. Марс не унимался за дверью, чего раньше за ним не водилось. Хозяйка впустила котёнка, и тот сразу же стал искать брата. Нашёл и стал обеспокоенно мяукать над ним.
Дело в том, что Василич пытался тереть ухо лапой, потом эту же облизывал и сейчас помимо болезни был попросту пьян. Марс тут же устроился около брата, обнял его за шею и пел ему песенки. От предложенной еды отказывались оба: у Василича не было ни сил, ни желания есть, Марсик же категорически отказывался покидать больного.
Он проводил с братом большую часть своего времени, обнимал его голову всем своим телом, вылизывал рану и пел. Лишь не на долгое время уходил поесть или по своим кошачьим делам на улицу. О его возвращении говорили истошные крики у двери.
Марс, обычно суровый котик, которого и погладить без спросу нельзя, не то, что на руки взять, превратился в заботливую сиделку. А уж как он переживал, когда Василичу промывали ушко. Василич жалобно, но тихо мяукал: «пожалуйста, не надо», даже не надеясь что его оставят в покое. Хотя при этом понимал, что его лечат, и почти не противился людям.
А сочувствующий Марс прибегал к месту «истязания», пытаясь помешать передними лапками и мяукал, в его глазах читались страх и боль за брата. Так продолжалось до полного выздоровления кота.