- Вон, Нинка-то, плачет целыми днями. Слышали, бабоньки, что Богданка учудила? – бабШура поджала старческие губы, - нормальная девка росла, избалованная, конечно, но родителей уважала.
- Так поздняя она у них с Николаем, когда Нина там её, под 40, родила? Как не баловать-то? И имя ей такое дали – Богдана, долгожданная! – Анна Федоровна, добрая старушка, адвокат деревни, как её называли, всегда всему находила оправдания.
- Это всё семейка городских её испортила, видели эту фифу с разукрашенными ногтями? Вот на огород её, как раз когтями этими вспашет грядку! – исходилась гневом бабШура. – А машину их видели? На зарплату такую не купишь. Сынок красавчик, конечно, но прилизанный весь какой-то. А Нинка говорит, даже обувку не сняла сватья, в дом зашла, только мешки синие на каблуки натянула. И нож, как в телевизоре показывают, попросила, котлеты резать. Что их там резать-то? Подцепил на вилку, да в рот отправил.
- Ладно, Шур, тебе. Городские они такие, интельхентные. По театрам и музеям ходят. Вон, Нина рассказывает, Богдана с свекровкой в финт…, ну, гимнастикой заниматься ходят. У нас гимнастика на огородах, а у них клубы там какие-то. Что там, сватья Нинкина, намного ли нас моложе, а видела, какая вся…Я на таких каблучищах и не удержусь уже, а она козой скачет. Такие они, городские…другие, - деревенский адвокат успокаивала разбушевавшуюся бабШуру.
- Да, Нина жизнь положила, вырастить и выучить Данку. Самая красивая и нарядная по деревне бегала. Вот, вроде нормальная девка-то росла, и в город учится уехала, навещала родителей, гостинцы возила. А как замуж вышла, так погляди, что творит… А свадьбу-то делали, наказали Нинке никого из деревенских родственников не звать. Да полдеревни гулять должны, а тут позор такой – единственную дочь замуж выдают, и втихую.
- Да что там случилось, что Богдана натворила?
- Да, что, что? Когда ты её после замужества видела у родителей? Вооо… Носа не кажет. Нина-то её зазывала, зазывала. Да отец-то горячий у Данки, не смотри, что молчаливый. Ну, и отчехвостил дочь по телефону. Так та и скажи им, что не надо ей кур и картошки, всё, говорит, в гастрономах продаётся, а вы, родители, несовременные, есть у неё теперь мама, сватья когтистая, значит, и деревней их обозвала. Николай с сердцем свалился, еле откачали. Нина плачет целыми днями, а доча неблагодарная месяц уже не звонит и трубку не берет.
- Ох, батюшки, что творится-то… вот этому нет оправдания, - вынесла вердикт Анна Федоровна.
Пожалуйста, ставьте лайк