Дерево - берёза, поэт - Пушкин, осень - Левитан
Почему не Моне, например? Действительно - французские импрессионисты сразу ассоциируются, скорее, с летом - маки, лодки и купальни на Сене, белые платья и шляпки, цветущие сады... Пожалуй, французской живописи и поэзии в целом чужда была та горьковатая лирика, и та интонация меланхолии, которая всегда отличала осенние пейзажи и стихи русских авторов.
И всё же...
У Клода Моне совсем мало осенних пейзажей, и почти нет - пасмурных. Вряд ли певцу солнца нравилась осень - сезон, приносящий ненастье и холод. Домочадцы вспоминали, что в хмурые бессолнечные дни художник впадал в тоску и депрессию, ныл и изводил родных, а иной раз вообще категорически отказывался вылезать из постели. Зачем, если солнце не светит? К тому же осенью становилось холодно писать этюды - ещё один минус.
Впрочем, если солнце всё-же выглядывало, вполне можно было продолжить наблюдения за изменениями световоздушной среды, недаром часть этюдов знаменитой серии "Тополей на берегах Эпта" написаны именно осенью:
Кстати, одна из известных "осенних" работ Моне - "Пруд с утками" имеет парную - такую же картину Ренуара: мастера писали этюды рядом, одновременно, солнечной осенью 1873 года:
Родившийся осенью жизнелюбивый Ренуар, обожающий писать рыжих женщин и детей, больше любил рыжий сезон. Его осенние холсты похожи на изысканные гобелены в медных и бронзовых тонах.
Но лучше прочих, пожалуй, чувствовал особое обаяние осени Камиль Писарро. Мастер тонких, мимолётных состояний, он любил переходные, неопределённые и неустойчивые сезоны - весну и осень.
Кажется, даже в летних пейзажах Писарро сам свет - особый, словно осенний, низкий и нежаркий: солнце не сияет ослепительно, как у солнцепоклонника Моне, а мягко и золотисто светит.
Писарро со своим многочисленным, постоянно растущим семейством был вынужден, из соображений экономии, жить в недорогом пригороде - практически, натуральным хозяйством. Год за годом он наблюдал смену времён года, и естественно сопровождающий её сезонный круг крестьянских работ на земле - в том числе и в собственном саду и на огороде. Поэтому в его ландшафтах так органичны фигуры работающих людей, слитые с пейзажем.
Даже парижские и лондонские осенние виды у Писарро как будто не стремятся передать блеск и и энергию города - в его городах разлита такая же солнечная гармония и покой, как в полях и садах его Лувесьенна.
Совсем иначе смотрит на те же осенние бульвары Гюстав Кайботт.
Богач и денди, он смотрит на них чаще всего с балкона своей роскошной квартиры. Кайботт - урбанист и светский человек, и для него наступление осени означает начало большого парижского сезона, оживление и новизну.
И осень у Кайботта, чаще всего - городская: блестящая, оживлённая, светская.
Даже сельские виды осенью у него особенно нарядны
Неудивительно, что именно кисти Кайботта принадлежит настоящий гимно городской осени - прославленный холст "Париж в дождливый день"
Глубокий, спокойный и негромкий лирик Альфред Сислей, один из самых тонких колористов среди своей плеяды, в осенних пейзажах особенно гармоничен. Сдержанное совершенство, какой то аристократизм свойственны его работам, изображающим совершенно мотивы.
Сислея вспоминают гораздо реже его более ярких коллег, но хочется привести слова Камиля Писсарро, который на вопрос Анри Матисса - "Что это значит - импрессионист?", - ответил: "Импрессионист - это художник, который всякий раз пишет по-новому". "Кого же тогда можно назвать типичным импрессионистом?", - последовал вопрос Матисса. "Сислея", - ответил Писсарро
Вот и осень у Сислея - всегда разная:
И, напоследок - самое чудесное: нежная, акварельная осень от моей любимой Берты Моризо.
Моризо, девушке из респектабельного буржуазного семейства, никогда на свете не стать бы художником, если бы не страстная любовь к живописи, железная воля и огромный, до сих пор не оцененный, как мне кажется, талант.
Моризо называли самым радикальным из импрессионистов: невероятная свобода в обращении с пространством холста, смелый и виртуозный мазок, Цвет у Моризо не перенесён в точности с натуры, как у коллег, а сгармонирован в тончайшие цветовые созвучия. Она, как никто, умеет обращаться с белой поверхностью, превращая её в свет и пространство.
Поэтому Берта Моризо, как никто, прекрасно владеет и прозрачными графическими техниками - акварелью, пастелью. Да и масляные холсты в её исполнении всегда прозрачны, лаконичны, чуть недосказаны. Особенно - осенние.
Моризо, как большой художник, немногословна - умеет сказать вроде бы мало - чтобы мы увидели очень много.