Дочь Степановых учудила – вышла замуж за иностранца, и остались они в пустом доме, ожидать пенсию и гостевого приглашения из Испании.
Хотела их дочь удивить и порадовать – сообщить, что скоро скуке конец. Приедет скоро в отпуск, с внуком знакомить, да удивилась сама. Мама ее оказывается в декретном сидит. Гостям, конечно рада будет, но скучать не приходится. Степка не дает.
Отец смеется: – еще одним Степаном прибыло у нас, бабка наша мне в подоле принесла.
Степанида и Степаныч звали их в нашем небольшом рабочем поселке. Ну а как иначе, если фамилию они носили Степановы? Что у Степаниды мужа зовут Ильей никто и не помнил, кроме бухгалтерши на местном кирпичном заводике. Ей по должности приходилось ведомость заполнять. А уж когда они своего мальца собрались регистрировать, то чуть ли не всем поселком уговаривали дать ему имя Степка. Веселый народ у нас жил.
Степка, приемыш был. Родила его непутевая племянница Степаниды. Ту, в свою очередь, никто иначе как Любкой-оторвой и не звал. Рано она созрела, рано загуляла, да не с ровесниками, а все с командировочными крутила. А их много в ту пору у нас было. От кого то их них и забеременела в неполные 17.
Отец, что давно рукой махнул на непутевую, не сдержался, наорал дочь, когда понял, что дедом станет задолго до первого седого волоса. Руку приложила к этому скандалу его новая жена. Она-то считала, что удачно вышла замуж за обеспеченного вдовца с дочерью на выдане, а повернулось все иначе. Ее не радовала перспектива, что открывалась их семье в связи с Любкиной беременностью. Сама еще мечтала родить, а тут такой позор и лишние траты. Вот и накрутила мужа.
Уехала Любка из поселка – сгоряча и в никуда, прихватив заначку у своей крестной тети Степы. Знала, где та деньги хранит. Степанида зла не держала, даже от Степаныча поначалу скрыла про пропажу денег, что копили на ремонт. Жалела она дочь покойной сестры и себя винила, что не уследила. А как уследишь? Никого Люба не признавала, жила своим умом. Дерзкая была и вольная.
А через пять месяцев Степаниду вызвали в заводоуправление – к телефону. Звонили из больницы соседнего города. Люба бросила новорожденного мальчика, отказалась. Про тетку в больнице случайно узнали, соседка по палате вспомнила, что упоминала Люба тетку в связи с фамилией и именем. Не часто такое совпадение – Степанова Степанида. Ну, и поселок знали. Требовался органам опеки отказ и от родственников, чтобы люди были спокойны, усыновляя ребенка.
Бывший зять и слушать не захотел о звонке и внуке. Вот и пришлось самой ехать, о судьбе младенца узнавать. А он слабенький родился. Месяца два еще выхаживали его. Этого времени хватило на оформления бумаг в опеке и вынесения решения суда об усыновлении. Свою кровиночку, да чужим людям? Нет, иначе они со Степанычем решили.
Не было тайной имя био матери в поселке, такое скрыть трудно. Поэтому Любе быстро доложили, чей Степка бегает у Степановых. Она приехала уже лет через шесть навестить отца, заодно нос всем в поселке утереть своим положением богатой и замужней. Да только с носом накладочка вышла - носом ткнули ее в прошлое Любки-оторвы. А это прошлое Люба тщательно скрывала от мужа и его родни. Наличие брошенного ребенка, означало для нее конец сегодняшнему благополучию.
-Кто просил тебя усыновлять моего ребенка? Ты специально в отместку? За деньги, что я у тебя взяла? ….
… Люба сама не понимала, что говорит, что кричит в страхе за свое благополучие, в страхе потерять большой дом и красивую машину. Но осеклась, взглянув в глаза подбежавшего Степки. Мальчишка встал между Любой и мамой Степой.
-Защитник ты мой, - погладила по голове его мать, - беги, играй, тетя уже уходит.
И тетя ушла. Ей долго снились глаза Степки, за нее так никто не встанет, ей в глаза так никто не смотрит с любовью…. Она пыталась переслать деньги Степаниде, но та их не приняла. Потом она решила приехать и поговорить по-хорошему. Может можно что-то изменить? Да только Степановых уже не было в поселке.
Первую встречу Степка забудет, да и не понял ничего, а как быть потом? На каждый роток не накинешь платок. Вот и сорвались как можно дальше. Куда? Никто и не знает.