Место № 3 Гусейн Хан Нахичеванский
Российский генерал от кавалерии, генерал-адъютант
Происходил из владетельной ханской фамилии Нахичеванских Эриванской губернии. Командовал элитными кавалерийскими частями и был единственным за всю историю генерал-адъютантом — мусульманином в Русской императорской армии. Кавалер 15 российских и 9 иностранных государственных наград, включая боевые ордена Святого Георгия 3-й и 4-й степеней и Золотое оружие «За храбрость». Предположительно, расстрелян большевиками в январе 1919 года.
В бою 14-го января 1905 года, будучи командиром 2-го Дагестанского конного полка, когда расстрелявшая все патроны 1-я Забайкальская казачья батарея была атакована японской пехотой, он, получив от генерал-адъютанта Мищенко приказание атаковать противника, зашел с полком во фланг японцам и с двух верст бросился в атаку, чем заставил японскую пехоту прекратить атаку и бежать за закрытия, а затем, хотя японская батарея повернула орудия и сосредоточила весь огонь против дагестанцев, а японская пехота, заняв глинобитные стенки деревни, открыла тоже огонь против полка, он продолжал атаку, и только дойдя до непроходимого оврага в 300—400 шагах от батареи, вынужден был остановиться и отойти назад, причем полк отступил в порядке, вынеся убитых и раненых.
Место № 2 Атаман Семенов Григорий Михайлович
Григорий Михайлович Семенов (13.09.1890-30.08.1946) – один из возглавителей Белой борьбы на Дальнем Востоке. Родился в Забайкалье в казачьей офицерской семье (бабушка с материнской стороны была бурятка). Получив домашнее образование, в 1911 г. окончил казачье военное училище в Оренбурге в чине хорунжего с назначением на службу на границе с Монголией. Как владеющий местными языками (бурятским, монгольским, калмыцким) был послан в Монголию для производства маршрутной съемки. По окончании этой работы был оставлен в казачьей сотне, охранявшей российское консульство в Урге. Там Семенов близко сошелся с видными монгольскими деятелями. У Семенова учился военному делу кандидат в военные министры Монголии. По просьбе монголов, Семенов перевел на монгольский язык Устав казачьей строевой службы. С отделением Монголии от Китая, в декабре 1911 г. с взводом казаков взял под охрану китайского резидента, которому угрожала расправа от монгольской толпы, доставил его в российское консульство. В то же время Семенов лично разоружил китайский гарнизон Урги, чтобы не вызвать кровопролития между китайцами и монголами.
«Семёнов, природный забайкальский казак, плотный коренастый брюнет, с несколько бурятским типом лица, ко времени принятия мною полка, состоял полковым адъютантом и в этой должности прослужил при мне месяца четыре, после чего был назначен командиром сотни. Бойкий, толковый, с характерной казацкой смёткой, отличный строевик, храбрый, особенно на глазах начальства, он умел быть весьма популярным среди казаков и офицеров. Отрицательными свойствами его были значительная склонность к интриге и неразборчивость в средствах для достижения цели. Неглупому и ловкому Семенову не хватало ни образования (он кончил с трудом военное училище), ни широкого кругозора и я никогда не мог понять каким образом мог он выдвинуться впоследствии на первый план гражданской войны…».
Место № 1 Граф Келлер Федор Артурович
Фёдор Артурович Келлер, граф (родился 12 октября 1857 в Курске, убит 8 декабря 1918 в Киеве) — военачальник Русской Императорской армии, генерал от кавалерии, «первая шашка России».
Племянник героя русско-японской войны графа Ф. Э. Келлера.
Его внешность: высокая, стройная, хорошо подобранная фигура старого кавалериста, два Георгиевских креста на изящно сшитом кителе, доброе выражение на красивом, энергичном лице с выразительными, проникающими в самую душу глазами. За время нашей службы при 3-ем конном корпусе я хорошо изучил графа и полюбил его всей душой, равно как и мои подчинённые, положительно не чаявшие в нем души.
Граф Келлер был чрезвычайно заботлив о подчинённых; особое внимание он обращал на то, чтобы люди были всегда хорошо накормлены, а также на постановку дела ухода за ранеными, которое, несмотря на трудные условия войны, было поставлено образцово. Встречая раненых, выносимых из боя, каждого расспрашивал, успокаивал и умел обласкать. С маленькими людьми был ровен в обращении и в высшей степени вежлив и деликатен; со старшими начальниками несколько суховат.
Неутомимый кавалерист, делавший по сто вёрст в сутки, слезая с седла лишь для того, чтобы переменить измученного коня, он был примером для всех. В трудные моменты лично водил полки в атаку и был дважды ранен. Когда он появлялся перед полками в своей волчьей папахе и в чекмене Оренбургского казачьего войска, щеголяя молодцеватой посадкой, чувствовалось, как трепетали сердца обожавших его людей, готовых по первому его слову, по одному мановению руки броситься куда угодно и совершить чудеса храбрости и самопожертвования»