Круглый стол «100 лет со дня рождения Солженицына»

Совсем скоро весь мир будет отмечать 100-летие со дня рождения Александра Исаевича Солженицына. К юбилею писателя «Вечерняя Москва» организовала круглый стол, где эксперты обсуждали, какую роль играет личность и творчество Александра Солженицына в литературной и общественной жизни сегодняшней России.

На круглый стол была приглашена доцент кафедры мировой литературы ГИРЯП Евгения Кравченкова. 

Евгения Алексеевна поделилась опытом работы со своими студентами. Сегодня одним из определяющих факторов интереса молодежной аудитории и является сжатость смысла. Среди филологов-четверокурсников «на ура» идет ранняя проза Солженицына: «Матренин двор», «Один день Ивана Денисовича», «Крохотки» – цикл прозаических миниатюр, похожих на записи в современных блогах.

Тексты большого объема скорее настораживают: «Как только говорим про «Красное колесо», пугает сам объем текста и сама постановка вопроса, связанная с революцией – у нас до сих пор бытуют разные мнения о том, что случилось в 1917 году в России». «Крохотки» хороши тем, что это философская проза без политического подтекста. «Не надо различать Солженицына художника и Солженицына политика, можно работать просто с философским смыслом произведения», – объясняет преподаватель.

При этом большинство молодых читателей не видят разницы между виртуальной реальностью, «стрелялками» и действительностью –​ событиями, которые происходили на самом деле. Для них «Один день Ивана Денисовича» – это просто художественный текст.

Однако те немногие студенты, которые «хотя бы открывают «Архипелаг Гулаг», ценят именно документальный характер произведения, им нравится, что это жанр нон-фикшн, который интересен современной молодежи: «Дайте нам просто факты – мы попробуем сами разобраться».

Кроме Евгении Кравченковой, в Круглом столе участвовали:

Алексей Савельев – главный редактор журнала «История – Первое сентября».

«Солженицын противоречив и сложен потому, что у нас не устоялись взгляды на наше собственное прошлое. Это касается не только двадцатого века, но и семнадцатого, и девятнадцатого, но больше всего, конечно, двадцатого. У нас прошлое разогретое, притронешься – обожжешься».

По мнению Алексея Савельева, в оценке личности Солженицына преобладают идеологические моменты, но на самом деле его знают мало и до сути не добирается никто. Совершенно не освещена тема Солженицына как историка. Между тем Александр Исаевич – серьезный исследователь, он изучил огромное количество материалов, документов, мемуаров, работал в американских архивах, где хранятся русские источники. «На мой взгляд, Солженицын создал синтетический жанр, где соединил фактологию, прозу и философию. Он очень глубокий историософ».

Николай Ледовских – солженицыновед, хранитель архива первой жены Солженицына Натальи Алексеевны Решетовской. 

«Солженицын ничье гражданство не принял и все время верил, что обязательно возвратится в Россию. Когда возвратился – здесь наконец-то многопартийность, и столько партий стали приглашать его к себе чуть ли не в лидеры! Ни в одну из партий он не вступил, и когда ему задали вопрос: «Почему вы ничью сторону не возьмете», он ответил: «Партии разъединяют общество, а я приехал объединить Россию».

Юрий Козлов – писатель, главный редактор «Роман-газеты».

«Солженицын был неудобен для любой власти. Когда в девяностые годы ему дали программу на телевидении, она недолго просуществовала. Солженицын был честен в своих взглядах и своем отношении к жизни, и то, что он начал говорить, уже перестало нравиться».

«Когда он со страстью и серьезностью ветхозаветного пророка с бородой возникал на телеэкране, он действительно говорил очень важные вещи».

«Главная его идея – идея о русском народе и о его невозможности организовать самоуправление, то есть он опирался на земство и считал, что это главное. Когда люди на местах начнут принимать решения, это поможет состояться стране».

Полностью обсуждение можно посмотреть на сайте «Вечерней Москвы».