Городу Берлину, так сложилось исторически, в определенном плане не повезло. Его неоднократно захватывали вражеские войска, а в одну из войн, Семилетнюю, что гремела в Европе в середине восемнадцатого столетия - так и вовсе дважды или трижды.
Но если иные захваты города были серьезными и происходили в рамках "нормальных" военных операций, то лихой рейд цесарского (т.е. австрийского) генерала Андраша Гаддика - событие из ряда вон выходящее. Из него получился нехилый плевок в лицо всей немецкой нации, но и над Гаддиком означенная нация тоже изрядно пошутила...
"Перчаточный" рейд
В 1757 году небольшой отряд австрийского генерала Гаддика (Хадика) - около четырех тысяч человек при шести полевых пушках - с налету взял Берлин, воспользовавшись тем, что гарнизон прусской столицы, примерно равный по численности, состоял почти сплошь из новобранцев, толком не ученых знаменитой линейной тактике. Гусары Гаддика прорвались на участке, где городская стена имела брешь, забранную, по сути, деревянным забором, в двух-трех коротких стычках изрубили пару десятков рекрутов, рассеяв остальных, и заняли город. Комендант Берлина трусливо бежал, даже не пытаясь организовать сопротивление. Берлин лежал перед австрийцами, как куртизанка перед драгуном...
Гаддик понимал, что удерживать город не сможет, да и не планировал он удержания. Целью изначально был "щелчок по носу" для великого полководца Фридриха Второго Прусского. Времени оставалось негусто, поблизости рыскали превосходящие силы противника, к которым уже наверняка послали гонца...
И Гаддик начал требовать с берлинцев контрибуцию. Вначале просил миллион марок. Ему сказали:
-Нету!
-Тогда восемьсот тысяч!
-Нету! Герр генерал, мы люди бедные, война в стране... Откуль у нас такие деньжищи? - Отвечали берлинцы.
-Черт с вами! - Взъярился австриец. - Давайте... Да хоть мешок дамских перчаток - и я пошел!
Берлин в ту пору славился как раз производством перчаток высшего качества. Обрадованные горожане сунули захватчику целый мешок дамских перчаток.
Гаддик ушел.
Мешок он преподнес своей императрице Марии-Терезии. Обрадованная императрица сунула руку в мешок, вытащила оттуда ворох перчаток... Присмотрелась...
И с размаху хлестнула ими Гаддика по физиономии!
Все до единой перчатки оказались на левую руку...