Зевс был бог плодовитый, и все его любовницы непременно рожали. Счастья им это не всегда прибавляло, а вот у потомства были шансы выбиться в герои, цари или даже в боги, если происхождение позволяло. Аполлону вот позволяло, мама его Латона (или Лето) была титанидой, из титанов, то есть. Но даже годное происхождение не спасло несчастную от Геры, которая строго блюла святость семейного очага, как ей и было положено по штату, насылая на любовниц мужа всяческих чудовищ.
Гера наслала на Латону дракона Пифона, который гонял ее не хуже, чем овод корову-Ио. Думаю, Гере особенно нравились погони, не зря она насылала на своих соперниц всяких чудищ, наверняка сидела там на Олимпе да забавлялась. Бедная Латона шлялась по миру, пока не добралась до острова Делос, который в ту пору был почему-то плавучим. Но как только Латона ступила на него, из морской пучины поднялись столбы и зафиксировали остров в том положении, в котором он и сейчас пребывает. Чудо это ничем не объясняется, то ли папаша Зевс помог, то ли просто случайность.
Остров, в силу своего нестабильного положения, был пуст и уныл. Но как только Латона родила Аполлона и его сестру-близнеца Артемиду (она заслуживает отдельного рассказа, мы к ней непременно вернемся), как тут же все засияло, засверкало, зацвело и заколосилось, набежали всякие богини и нимфы, принесли подарков. Короче, жизнь наладилась.
Аполлон был явным акселератом, и уже на четвертый день полностью оформился, как мужчина, и побежал мстить за мать. Нет, не Гере, тут кишка была тонка, а злому Пифону.
Пифон жил себе в мрачной пещере, никого не трогал. Он вообще, вроде бы и не виноват был. Приказала ему Гера преследовать Латону – он и преследовал, жена Зевса же повелела, куда ему было деваться. Может, он вообще в душе был добрый. Хотя, надо признать, вида он был устрашающего – громаден, весь покрыт чешуей и извивался бесчисленными кольцами.
Итак, лежал он в своей пещере, отдыхал. И тут – зрасьте, Аполлон прилетел, да с луком и стрелами, и с совершенно недвусмысленными намерениями. Пифон, конечно, обиделся, раскрыл свою пасть, но Аполлон как начал стрелами его поливать, прям со скоростью пулемета. Не вынес такого надругательства Пифон и помер.
А Аполлон долго танцевал и пел над трупом поверженного врага, аккомпанируя себе на кифаре, а, поглумившись, похоронил его в Дельфах и тут же основал там святилище имени себя. Ну и тот самый, знаменитый Дельфийский оракул тоже там основал, чтоб два раза не ходить.
Основать-то основал, но поскольку рядом с пифоновой пещерой людей не водилось, поубегали все со страху от такого соседа, Аполлон стал думать, где бы взять жрецов. А то святилище есть, оракул тоже, а жрецов, которые будут всю эту красоту обслуживать, да жертвы с простых смертных собирать, нету. Непорядок. Окинул Аполлон взглядом окрестности, и на глаза ему попался корабль, который непонятно как оказался в том неприветливом месте. Аполлон тут же прикинулся невинным животным, дельфином, настиг корабль, и выкинулся прямо на его корму «лучезарной звездой». Не успели моряки оправиться от шока – не каждый день им из пучины дельфины выбрасывались на корму, да еще и звездой сияли, а Аполлон тут же перехватил управление судном, привел его к ближайшей пристани, а далее, пешочком, повел тех моряков за собой, играя на кифаре. Обалдевшие моряки последовали за ним, как крысы за дудочкой, ну а чего им еще оставалось, понятно же, что парень к ним пришел непростой – в дельфинов превращается, сияет лучезарно. Довел Аполлон их до Дельф и приказал работать там жрецами. Обрадовались ли этому моряки или огорчились – непонятно. Да и кто их там спрашивал?