Атмосфера заброшенных мест, в которую я попападаю раз за разом и, пускай, знаю некоторые места уже как свои пять пальцев, даже заброшенные места, будто бы до сих обитаемые не остаются постоянными. Происходят какие-то изменения, передвижения и деформации. Атмосфера хаоса и расселенности лишь набирает силу с каждым моим новым посещением. Запах гари от недавнего поджега пироманов, еще свежий, смешавшийся с тонким тоном отсыревшего фасада и пыли. Обвалившийся местами пол, с зияющими дырами, будто крича в панике разевает пасть на десяток футов вниз.
Зайдя в здание, давно заброшенное, где с отсыревшей крыши стекает мерными потоками вода, недавний дождь, с головой окутывает осознание того, что когда-то здесь были люди. Это, некогда кишившее жизнью построение теперь мертво, смотрит пустыми глазницами окон в небо.
Возможно, когда-то здесь смотрел по вечерам телевизор одинокий, уставший после долгого трудового дня, мужчина и засыпал под убавленные звуки новостного канала. Где-то сосед со своей новоипеченной женой, не переставая двигал мебель, не сумев определиться куда лучше поставить этот журнальный столик, чтобы тот гармонировал с дизайном комнаты, а жена убеждала его придвинуть чуть ближе к дивану. В соседней квартире просыпалась под ранние трели птиц ветренная девушка, она каждое утро выходила на балкон и мечтательно пила горячий чай, укутавшись в теплый плед и глядя сквозь тени начинающейся зари в небо.
Или школа. Дети с заспанными глазами и заплетающимся оттого шагом, проклинавшие всё на свете шагали к воротам, грозя опоздать на первый звонок. А когда он звенел, громко, слишком громко, дети разбегались по классам и начинались уроки. В кабинете на третьем этаже проходили лабараторные работы с разноцветными химическими растворами в блестящих от ярких лучей солнца колбах. А этажом ниже проходил урок литературы, где учительница, высокая брюнетка в пестром платьишке, совсем недавно занявшая эту вакансию рассказывала ученикам о раннем творчестве Пушкина. В кабинете директора тем временем краснели родители, которых вызвали сюда потому что их сын разбил окно, играя по какой-то причине на переменке с одноклассниками в мяч. Это был не первый случай. Во дворе на первое сентября здесь было не протолкнуться. Школьники гудели, мальчики дергали девочек за длинные косы, девочки шушукались о куклах и новых платьях, купленных к новому учебному году. Учителя с важным видом ходившие взад-вперед.
А быть может, здесь была больница. Врачи бегали из палаты в палату, без устали спасая десятки, а то и сотни жизней каждый день. Где-то в дальнем кабинете ненавязчиво и монотонно жужжал рентгеновский аппарат. У широкого входа спокойно посапывала дежурная, просыпаясь от цокающих по выстеленному белом кафелю каблукам время от времени. В палате видел третий сон и счастливый пациент, попровляющийся после тяжелой болезни. Его родные должны были прийти совсем скоро, двери больницы с минуты на минуту открывались для часов приёма. Пациент этот, быть может, очень ждал когда придут его близкие и принесут ему апельсинов в авоське.
Здесь кипела жизнь когда-то. И не важно, будь то муравейник, жилой многоквартирный дом, школа или больница. Здесь были люди. А ныне сюда забредали лишь изредка подростки, испытать острых ощущений от темных подвалов, да люди без определенного места жительства, ища кров над головой.
Место, некогда обитаемое, вбирало силу того, чем оно являлось. Негативную или положительную энергию. А теперь совсем пустовало, задавая риторически молчаливый вопрос "почему?"
Приходя в такие места невольно задаешься и ты этим вопросом. Здание не достроили из-за того что мужчина, начавший стройку не покрыл часть положенного графика и не вовремя обанкротился? Или тут произошёл жуткий пожар, унесший множество жизней и администрация города попросту не взялась за рекострукцию? Или этот маленький домик был заброшен по другой неведомой причине? Иногда тебе дано узнать ответы на свои безмолвные вопросы, иногда нет. Дело случая.
Именно за этим я и возвращаюсь в такие места. Чтобы до мурашек прочувствать всю атмосферу, до легкого головокружения ощутить себя хотя бы на секунду в тишине умирающих каменных джунглей