(сказка о любви со счастливым концом)
– Филимонов, а расскажи сказку. Только интересную, а то я усну, пока буду слушать… – попросил Алеша Беркович.
– Ну как интересную, – ответил Филимонов, – Про сказку ведь никогда заранее нельзя сказать, интересная она будет или нет.
– Ну ты постарайся. А мы уж решим.
– Ладно.
"Один маленький мальчик… хотя нет, он уже вполне большой был, такой юноша… Один юноша никак не мог войти нормально в электрический поезд, когда утром ехал на службу. Потому что всякий раз, когда открывались двери подъехавшего состава – одну створку постоянно переклинивало, а из другой начинала вылезать старая бабка, вся увешанная авоськами, фирменными пакетами крупных оптовых центров и с сумкой на колесиках, неизбежная, как расплата за грехи. Юноша этот был культурный и воспитанный, он начинал ей помогать, а бабка кряхтела, сопела, стонала, взывала о помощи, безуспешно пытаясь нащупать твердую поверхность войлочным ботинком, осеняла пространство крестным знамением, цеплялась за что-то карманами рваного пальто и так далее. И пока юноша выгружал ее, двери захлопывались, и он оставался стоять на платформе в полном одиночестве и холоде, особенно зимой. Не каждый раз, но почти всегда. «Это просто какие-то злые чары!» – думал юноша, мрачно закуривая возле заплеванной урны. Но поступить иначе он не мог…
Это и были Злые Чары. Юноша был преданным читателем одной сказки, а чары налагали поклонники другой, враждебной. Они заранее выслеживали его и усаживали бабку в нужный проем. Причем, если поезд не имел предыдущей остановки, не гнушались выходить на рельсы и тормозили весь состав, невзирая на то, что пассажиры торопились на работу и другим делам.
И на самом деле это была никакая не бабка, а бедная девушка, выпускница местной любительской театральной студии. Она с детства мечтала о большой сцене, но на иждивении у нее были престарелые родители и малолетний братишка-несмышленыш. А что ей оставалось делать – не на панель же идти.
Но однажды чары спали, и обман раскрылся. Поеденная молью варежка соскочила с ладони, и – о, чудо – руки, руки!
Они полюбили друг друга, и у них родилось четверо малышей, два старших мальчика и две младших девочки… а неприятельских читателей он потом по одному вычислил, отловил и простил…"
– Трогательно, хотя и не очень жизненно. Я имею в виду насчет «простил», – резюмировал Алеша Беркович, – Но сознайся: это ведь никакая не сказка!
– Не сказка, – потупившись, сознался Филимонов, – Это быль. Но я же сразу сказал, что сказки рассказывать я не умею!