В последние годы Россия прочно вошла в число крупнейших мировых экспортеров зерна. Начало сентября – самый пик сезона сбора урожая.
К настоящему моменту зерно собрано с чуть более половины посевных площадей, но уже можно строить прогнозы относительно итоговой величины сборов. О ситуации на зерновом рынке в интервью «Финансовой Газете» рассказывает президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский.
– Какой объем сбора зерна в России Вы прогнозируете в этом году?
– По нашим оценкам это будет 107–112 млн т, в зависимости от того, какие погодные условия сложатся во время сбора урожая.
– Снижение урожая зерна по сравнению с рекордным показателем прошлого года связано исключительно с погодными условиями, с засухой?
– Я бы не стал говорить о каком-то падении. Нынешний урожай будет выше среднего показателя за последние 10 лет. Прошлый год был рекордным, в этом году рекорда нет: невозможно, чтобы каждый год был рекорд. В этом году ожидается очень хороший урожай, и не о каком значительном падении и тем более катастрофических погодных условиях речи не идет. Да, в некоторых регионах была засуха, в других областях, наоборот, дожди, наводнения. Это локальные проблемы в отдельных районах. Но в глобальном масштабе это не сказалось на урожае в целом, урожай очень хороший.
– А что с качеством зерна в этом году? Сколько будет продовольственной пшеницы, сколько фуражной?
– Можете не волноваться – для снабжения внутреннего рынка у нас всего хватает. При таком урожае и на экспорт останется, и внутренний рынок будет полностью обеспечен всеми необходимыми ресурсами. В прошлом году качественные параметры зерна были не очень привлекательными, но так всегда бывает, когда растет объем урожая. В рекордные годы снижается процентное содержание качественного зерна. В этом же году мы ожидает возврата к некой средней планке по качеству. Но говорить о качественных градациях на чуть позже, поскольку ориентироваться на те данные, которые поступают с юга и средней части России, где уборка пшеницы практически завершена, еще преждевременно, так как у нас большое количество высококачественного зерна выращивается в Сибири или, например, на Волге.
– Сколько зерна в этом году может быть экспортировано? Насколько благоприятна сейчас мировая конъектура для экспорта российского зерна?
– Ситуацию я оцениваю как нормальную, в принципе, рынок более-менее успокоился. А то у нас раньше начались какие-то разговоры об ограничениях экспорта, и мы тем самым подняли цены. Сейчас они вернулись к прежней планке, контракт на российскую пшеницу заключается сейчас на уровне 227 долл. за тонну. Это хорошая цена по отношению даже к прошлому сезону, когда мы продавали зерно в пределах 200 долл. за тонну.
Сейчас темпы экспорта выше прошлогодних, по крайней мере, по пшенице. Но это не значит, что они весь сезон так продлятся. Будет достаточно резкое падение, когда испортятся погодные условия, и это повлияет на отгрузку. В ноябре у нас начинается зимний период. Весной будет уже другая конъектурная ситуация, экономика экспорта будет выглядеть иначе, но мы не ожидаем весной 2019 года таких темпов экспорта, которые проявляются сейчас по осени. Это наша традиция: мы всегда были активны в первой половине сезона, то есть по осени, а во второй половине сезона мы сбавляем обороты. Вот только в прошлый сезон в силу рекордного урожая весна была активной. В целом мы оцениваем общий экспорт в районе 35–40 млн т.
– Некоторое время назад в СМИ обсуждался вопрос появления проблем транспортировки экспортных партий зерна, особенно в адрес прибалтийских портов. Сейчас этот вопрос актуален?
– Да, такие вопросы периодически возникают. И нам приходится периодически трудиться, чтобы снять такие ограничения. По Прибалтике сняли ограничения в какой-то временной период, начались отгрузки со второй половины прошлого сезона, все нормализовалось, и было стабильно. А со стартом этого сезона опять какие-то препоны начались…
– А железнодорожных вагонов хватает? Не секрет, что в последнее время на рынке железнодорожных перевозок наблюдается дефицит вагонов для всех типов грузов.
– Это не очень верный постулат насчет нехватки вагонов. Проблема не в количестве вагонов, проблема в их оборачиваемости. Мы, благодаря работе штаба в конце прошлого сезона, достигли срока оборачиваемости 19 суток, а сейчас срок опять подрос до 23 суток.
Проблемы возникают из-за того, что у нас очень много на простоях стоит вагонов, а не из-за того, что их малое количество. Для сравнения, в советские годы норматив оборота вагонов был 8 суток. Конечно, он не выполнялся, но в Советском Союзе показатель держался на уровне 11 суток. Мы поднимали проблему на старте прошлого сезона, говорили, что оборот в 18 суток – это очень долго. А теперь вот до 23 дней дошли – вот где проблема.