– Враньё всё это, – вдруг заявил дед Егор, окидывая сердитым взглядом своих приятелей. – И на других планетах люди такие же как мы. Ничем не отличаются.
– С чего ты взял? – усомнился Матвеич. – Опять РЕН ТиВи наслушался?
– Я не об этом, – отмахнулся дед Егор. – Я о жизни. И пиво пьют. И курят, наверное.
– Ну вот, понесло, – недовольно поморщился Саблезуб, прозванный так за лошадиные зубы, выпиравшие изо рта. – Больше ему не наливать. Опять чертей ловить будет.
Дед Егор зло посмотрел на Саблезуба и порывшись в кармане, победоносно сунул ему под нос блестящую вещицу.
– А это ты видел?!
Саблезуб скосил глаза, чтобы получше рассмотреть предмет, но пренебрежительно фыркнул:
– И что?
– А то! Мне его планетяне подарили. Сказали жди. Сюрприз будет.
– Так прям и подарили? – осклабился Саблезуб. – И чем же ты им так понравился?
– Я им мешок пустых бутылок подогнал. Им во,– резанув большим пальцем по горлу, убедительно простонал дед Егор, – как надо было.
– Ты отдал мешок бутылок?! – не поверил Матвеич.
– Обещали на пиво дать, но мелочи с собой не было. Оставили в залог вот это, – Дед Егор бросил на стол маленькую блестящую коробочку, – Сказали, что придут за ней. Скоро.
– Лопух! – загоготал Саблезуб. – Я даже знаю кто тебя нагрел. Братья Селезнёвы. Я видел, как они вчера посуду сдавали. Ну ты дебил!
Но Матвеич на это никак не отреагировал. Он сосредоточился на коробочке и нравоучительно заметил:
– Такую вещь не купишь. Ты смотри Егор, держи её подальше. Вдруг это атомный реактор. Если рванёт – пол города снесёт.
Саблезуб захохотал ещё громче, а коробочка вдруг возьми и вспыхни разноцветными лучами.
Прямо над ней появилась голова и, осмотревшись вокруг, уставилась на деда Егора.
– У тебя мешок с тарой брали?
Дед Егор испуганно кивнул и потихоньку стал передвигаться на край скамьи, чтобы дать дёру.
– Спасибо за помощь.
Прямо на стол грохнулся ящик с пивом, а голова довольно усмехнулась:
– Лучшее Тенкийское. А вещицу эту я забираю.
И с этими словами призрак исчез.
Все трое обалдело уставились на ящик, ожидая, что видение вот-вот исчезнет, пока очухавшийся дед Егор не откупорил бутылку и, отхлебнув с горла, победоносно провозгласил:
– Я же говорил, что они тоже люди!
