Суфийская притча
После беседы суфия Путсирра
Одна заблудшая овца спросила:
«О, шейх добра ! Сомненья истреби:
Я слышал о великом Инаби,
Ка́к мудр он, красноречив и щедр,
Ка́к проницателен до самых недр,
Ка́к все в восторге от его бесед,
Спасающих наш дух из моря бед.
Но когда я пришёл в его селенье,
То просто онемел от изумленья,
Все ожиданья и мечты о нём
Перевернулись тут же к верху дном:
Вокруг него людей собралась горстка,
Что вместится в отверстие напёрстка,
Он месяцáми с ними мог молчать
И даже голоса не подавать.
Ученики его так и сказали:
«Его речей ещё мы не слыхали».
И это Инаби — великий свет ?! —
Мне кажется его там просто нет.
Я полагал, что встречу пониманье,
Но не нашёл и капельки вниманья;
Мечтал услышать мудрости слова,
Но, видно, как всегда, пуста молва.
И вот я прихожу к твоим стопам
И вижу, кáк доходчиво ты нам
Священные Писанья излагаешь,
Кáк ум наш чудным светом просвещаешь,
Ты окружён большой толпой людей,
К тебе идущих из округи всей.
И тут произвожу я заключенье,
Что это ты достоин восхищенья,
А Инаби не заслужил похвал,
Какие кто-то наизобретал». —
Путсирр в раздумье помолчал с минуту
И отвечал: «Твои слова кому-то
Быть может и придутся по душе,
Но мне их глупость явственна уже.
Судúте, порицайте и ворчите,
Но Инаби уж сорок лет Учитель.
С тех давних пор, как начал он учить,
Его уже успели посетить
Все праздные искатели сенсаций,
Что падки по чужим дворам шататься,
Все странники, паломники, бродяги
И прочие бездомные бедняги,
Которые в безделье век свой губят
И свой характер больше правды любят.
Посуетившись, наболтав премного,
Они давно ушли своей дорогой,
Уразумев, что Инаби — Учитель,
А не затейник и увеселитель,
Что он — ревнитель подлинных Учений,
А не организатор развлечений.
Что же касается меня, мой милый,
То дай мне Бог терпения и силы
Перенести всё то, что в оны дни
Смог вынести великий Инаби:
Чтобы сквозь сито моего терпенья
Отсеялось фальшивое смиренье,
Тщеславье, алчность, жажда суеты,
Претензий пар и детские мечты,
Чтобы, в конце концов, со мной осталась
Лишь искренней любви хотя бы малость
И капля правды, что в пустыне лжи
Питает силы жаждущей души.
Считаю, вам напоминать не надо,
Что овцы кучатся в большое стадо,
Но львиная породистая стая
Всегда, как всем известно, небольшая.
*
Там, где толпа — там истина в подножье,
А где душа — там свято Имя Божье.
Там, где толпа — там грязь и суета,
А где душа — покой и чистота.
За всё, что любящему сердцу мило
Отдам я, не моргнув, все толпы мира,
Пусть я один окончу дни мои,
Жизнь — не в толпе, а в правде и в любви.