Зимний безлюдный вечер. Я возвращаюсь с сыном от родителей. Рядом с домом – школа, а напротив подъезда – теннисные корты, спортивная площадка и футбольное поле.
Подходя к соседнему подъезду, услышала какие-то странные звуки: то ли смех, то ли плач. Я остановилась и стала всматриваться. Вижу, бегут двое по направлению к нам. Издали показалось, что они играют. Вот, она вырывается, убегает, он догоняет, обнимает её. Происходит какая-то возня, которая сопровождается смехом… да нет, плачем! Потом слышу, девушка кричит: «да отстань ты от меня!» – и всё для меня прояснилось.
– Это что ты там делаешь? – закричала я строгим голосом. – Ты посмотри, что он удумал! А ну-ка, иди сюда! Ты слышишь? – иди сюда! Я тебе покажу!
В общем, я молола, что в голову взбрело. Я обращалась к нему, как воспитатель – к нашкодившему ребёнку. А сама думала, вот подойдёт ко мне и увидит, что я сама, как девчонка. Нет, этого допустить нельзя! И потому ещё с большим усилием выражала своё возмущение. Парень остановился. Он перестал догонять и набрасываться на девушку. А я продолжала посылать в его адрес угрозы, пока та не поравнялась со мной. Пробегая мимо, девушка сказала на бегу «спасибо» и скрылась за поворотом. Я с сыном направилась к своему подъезду, Парень повернул назад.
***
В дизеле людей было, как в бочке селёдки. (Что и говорить – дачный сезон). В девяностые годы для луганчан он был единственным средством передвижения до загородных участков. Его брали штурмом. Большинство людей ехали стоя, набиваясь в вагоны и тамбуры. Я стояла на верхней ступеньке, придавленная со всех сторон, и думала, что в таком положении придётся проехать с полчаса, а потом станет легче: на первых дачах начнут выходить люди. Вдруг между мужчиной и женщиной, что стояли выше, началась ссора: кто-то кому-то мешал. Слово за слово, и посыпались оскорбления.
Рядом стоящий пассажир констатировал: ох, и петух.
– Ты что сказал?! – переключил скандалист своё внимание на мужчину, – да я тебя…
В общем, мы услышали такой монолог, что ни у кого не было сомнения, что этот человек провёл не один год в местах не столь отдалённых. Злость просто брызжала из него. Он был готов уже наброситься на «обидчика». Все молчали, ведь, по большому счёту, там ехали пенсионеры. Кто захочет связываться с таким?
– Не понимаю, и что обидного он вам сказал?! – произнесла я спокойным голосом. – Чего вы вскипятились? Для всех находящихся здесь «петух» – это курочкин муж. И мужчина, сравнив вас с ним, имел в виду только одно, что вы задиристый… а вовсе не то, что подразумевают на зоне. Перестраивайте своё сознание, возвращайтесь к нормальной жизни.
Мужчина ничего не сказал, но сразу утихомирился. Вот так просто был погашен набирающий силу конфликт. Думаю, ему понравилось, что я, по-детски, назвала петуха «курочкиным мужем», потому что мне самой это понравилось.
Я и мой Ангел Хранитель
