В этот момент тихо открылась дверь. Вид у бугра был удручённый, пришибленный, плечи опущены, так что тонкая шея удлинилась и голова болталась на ней, как головка одуванчика. Ни на кого не глядя, он еле слышно выдохнул:
-Надо... остаться...
Кольке даже захотелось прочистить горло вместо него.
-А с какой это стати? — вновь вздёрнул голову Николай. — Что это за порядки?
-Надо...
-Сразу предупреждаю — не получится! Не позволю садиться на шею!
-Ради... ради моих... — мямлил бугор.
-Что? — Николай наклонился к нему.
Бугор говорил всё тише и тише.
-Ради моих... голодных детей... Они одни... в холодном доме... нечем растопить камин... Если вы... вы уйдёте, я... что я... стану делать? Уволят... чем кормить... детей... и жену... Одни… в пустом доме… холодный камин…
Острое, некрасивое лицо Николая приобрело странное выражение. Мужики молча, хмуро разошлись кто куда. А он всё стоял в неестественной позе, как бронзовый скакун, пойманный великим скульптором в движении.
Колька отчего-то почувствовал себя неловко.
А Хмурый тихо улыбался. Но этого никто не видел.
Говоруну не спалось. Он метался от слесарки до токарки, забыв прикурить сигарету. Морщины измяли лицо.
-Как же ты отсюда уйдёшь, если двери закрыты? — спрашивал он у Николая. Страсти улеглись, и продолжали бормотать в темноте. – Это ведь хлеще тюрьмы: там только решётки, а тут даже бежать некуда.
-Должен быть выход, должен, — не унимался Николай. — Вы просто не искали. Вы стали б... — он осёкся. — Да хоть восстание!
В слесарку влетел бугор, словно он подслушивал под дверью.
-Оон... Он!..
-Что?!. - спросил Говорун. - Война, наконец-то? Слава богу...
-Какое война — предательство!
-Ба! - ударил по коленям вмиг повеселевший Говорун и подбоченился: - И кто ж предатель? Ату его!
-Да погоди ты, - насупился Хмурый.
-А где Николай? - спросил Нос.
Бугра словно ветром сдуло.
-Блин, опять ночь не спать, - покачал головой Говорун.
-Он им ДАСТ!
-Ничего, побегают, потом возьмутся за горло.
Колька крутил головой, ничего не понимая.
Бугаи врывались в слесарку пять раз за ночь. Искали новенького. Их встречал чад, в котором точно можно было повесить хоть топор, хоть два. Ощущая это спинами, бугаи покружатся, да и уходят.
Говорков наконец прекратил своё хождение. Остановился, посмотрел на Хмурого, Кольку и других.
-Есть выход. Простой. Ты-то его знаешь, — спросил он, морщась, у Хмурого.
-Имеешь в виду... тоннель?
-Наверняка там он и прячется.
-Это ведь сказки. На случай войны.
-Есть тоннель, — подтвердил Бобыль. — Т-только новенький откуда узнал о нём?
-Он не новенький! - крикнул Говорун. - Он провокатор!
Колька окончательно запутался.
-Кто такой провокатор? Это типа «агитатор»?
-Акселератор!..
-ДАСТ!
-А за что он агитирует?
-А что, братцы, может, и правда погулять?.. - мечтательно произнёс Говорун.
Дверь распахнулась, на пороге появился бугор.
-Сразу предупреждаю: кто будет вести крамольные беседы и призывать к экстремизму, тот будет наказан. Царским указом.
За спиной бугра маячили два бугая.
-А новенькому передайте, что его ждут наверху для... для беседы. - Плечи бугра опустились, сам он сник: - Ради моих детей... Но учтите, - настроение бугра словно прыгало с этажа на этаж, - что если ослушаетесь — все будете наказаны!
-Вот те ДАСТ, - сказал Нос, стоило закрыться двери.
-Да ладно.
Слесарка зашумела, ночь превратилась в день.
Никто, кроме Кольки, не заметил, как вновь открылась дверь и вошёл новенький.
Говорун поставил руку в бок и на этот раз прикурил.
-Это — то ещё дело. Ха. Во времена оны отцы боялись войны большой. Ну, и нарыли всюду тоннелей — ходов тайных. А теперь мы в них, значит, от отцов наших, того.
-Так чего вы... Чего же вы сразу не сказали? Чего же мы ждём!? — взмахнул руками Николай. - Надо уходить, пока не поздно!
-Добро пожаловать в кружок предателей, мы как раз разбегаемся, - поприветствовал его Говорун.
-Хм, — хмыкнул Нос. — Явился. Где ты был, Чудо?
-Бродил по цеху, - сказал Николай, - думал. Ко мне подходили пару раз, но я с ними не разговаривал.
-Да-а, - Громко протянул Нос, - вот тут ты их и напугал!
-Вы как хотите. Хотите — идите со мной, а нет — оставайтесь на своей фабрике до скончания веков, пока начальники окончательно не превратят вас...
-Мы поняли, поняли, - прервал Хмурый.
-Ну? Вы идёте?
Бобыль минуту заикался. Потом покачал большой головой.
-Только глупо с пустыми руками уходить, — осторожно сказал Нос.
-Нужен же нам стартовый капитал? — усмехнулся Говорун. — Они и так нам это отдали.
-О чём это вы? — заподозрил что-то Николай.
-Ничего-ничего, ваше дело — вход в тоннель найти, — Нос потирал руки.
-Да чего его искать, — сказал Хмурый. — Он под столовой, поди. Ведь на случай войны харч — первостепенная вещь.
-Отлично!
Нос, Бобыль и Говорун тут же принялись мастерить тележку, которая была бы лёгкой в ходу и в то же время вместительной. Проснулись станки. Сигареты теперь обжигали пальцы.
Говорун с Бобылём ходили с какими-то набросками-чертежами от станка к станку. Нос и Ритатуй мастерили под их присмотром что-то невиданное.
ранее...