Мне не повезло с родителями.
Они могли несколько месяцев жить нормальной жизнью, но как только дедушка переставал их контролировать, хотя бы на день, ни напивались до потери сознания.
Мы пробовали и отбирать деньги, и запирали зимой дома, чтобы не замерзли где-нибудь.
Но что с ними сделать?
Дедушка подсуетился, и маме оформили инвалидность - она стала говорить сама с собой, говорить о событиях, которых не было.
Все это, конечно, на фоне пьянства.
Когда я уже была совершеннолетней, то жила с матерью. Отец уехал в неизвестном направлении и больше ни одной весточки не послал.
Мама не работала. Получала около шести или семи тысяч пенсии. Таблетки не пила.
Я забирала у нее пенсию, чтобы она не пропила, но небольшую сумму оставляла. Не могла забрать все. Казалось, будто собственную мать обворовываю.
Но деньги я всегда тратила на еду и оплату квартиры. Так что в этом я чиста.
На эти крохи она могла пить несколько недель. Покупали фунфырики, как у нас их зовут.
Сигареты покупала. Одну пачку в месяц, в день пенсии. Потом ходила и выпрашивала у прохожих.
У нее режим - встать к семи утра, чтобы выловить кого-то из тех, кто на работу бежит. Потом в обед, с переменным успехом. Потом вечером, ночью...
С ней мне было трудно. Я иногда ловила себя на мысли, что хочу бросить в мать то, что держу в руке. Пару раз даже бросала...
Постоянно нервотрепка, боялась за технику, домой ничего не купить - мать утащит или разобьет.
Я даже думала о том, чтобы в ванне уснуть.
Но меня спас Эмиль.
Мы познакомились на работе. Он охранник, а я кассир. Он такой милый, любезный, жизнерадостный.
А я... нервная, грузная, везде ищу подвох, а радость только от сериалов. И то - не всегда.
Я даже представить не могла, что Эмилька решится за мной ухаживать. А уж ответить ему было до смешного страшно - я же его испорчу!
Но с ним у меня появилась в жизни радость. Когда он предложил выйти замуж, я ни секунды не колебалась и согласилась.
На свадьбу пригласили только самых близких. С моей стороны приглашены были две подруги, дедушка и его жена - тетя Лена.
Но дед неожиданно привел и мать. Она была чисто одета и вымыта, но скрыть опухшее пропитое лицо невозможно. Я не хотела видеть ее на своей свадьбе, но и портить себе настроение выяснением отношений тоже не хотела.
Я не обращала на нее внимание, сконцентрировалась на радостном.
После регистрации мы все поехали к дедушке на дачу. Там накрыли стол, сели.
Мужчины потянулись к бутылкам - пора было говорить первый тост. Но водки на столе не оказалось. Ее нашли за домом, вернее только бутылку. Мама успела выпить часть, остальное расплескала.
Мы продолжили застолье, но настроение вернуть удалось не сразу. А я так вообще все время была на нервах. Мне то хотелось реветь белугой, то бить посуду.
Утром я вышла на крыльцо в прекрасно настроении, но го испортила мать. Она сидела на ступеньках. Увидела меня и стала причитать:
- Закрыли дверь, я в дом попасть не могла! А если бы замерзла? Совсем про мать не думаешь!
Я не выдержала и толкнула ее. Та упала со ступенек и закричала:
- Доченька, за что?
Этот издевательский тон вывел меня из себя, я накричала на нее:
- Что, не помнишь, как напилась и опозорила меня?
- Когда?
Я захлебнулась от злости, но появился Эмиль и увел меня в дом. Там у меня случилась истерика.
С тех пор я потеряла всякую жалость к своей матери. Я забрала из ее квартиры все, что принадлежало мне, и больше никогда там не появлялась. Даже не знаю, что сейчас с ней, и знать не хочу.
А если кто-то осудит, то пусть сам поживет с ней, мне не жалко. Может, научатся не судить людей, о которых ничего не знают.