Около месяц назад трех журналистов из Росси нашли убитыми в Центральной Африканской Республике. На данный момент обсуждается множество версий гибели журналистов, но ни одна из выдвинутых СМИ не нашла подтверждения.
Опубликованные 27 августа отрывки рабочей переписки журналистов с руководством ЦУР говорит как минимум, о халатности в вопросах организации поездки и безопасности своих сотрудников в самой опасной из африканских стран.
Как минимум с 9 июля велось активное обсуждение предстоящей командировки. И с первых же строк становится ясно, что по ключевым элементам подготовки нет ни единой позиции, ни четких инструкций. При этом все вводные слабо поддаются сколько-то логическому объяснению. Так Расторгуев писал о том, что не смог заснять на камеру оформление визовых документов, как того просил Андрей Коняхин. В здании посольства запрещена съемка, а визы оформлялись не журналистские, а туристические. Также Александр Расторгуев пишет своим коллегам о том, что пребывание в стране очень опасно. Он настаивает на вооруженной охране, но руководство ЦУР на это не реагирует. И с этого момента в переписке пропадают даже упоминания вопросов безопасности.
Судя по опубликованному тексту денег на поездку было немного. Организаторы выбирали сомнительное съемное жилье, хотя можно было потратить вполне вменяемую сумму на охраняемую гостиницу. Для оформления пресс-карточек Коняхин просит прислать фото журналистов. И просит сделать специальный знак ООН на автомобиль. Вместо того чтоб получить его в представительстве миссии, а значит, скорее всего, нелегально. Кроме того группа журналистов получила уже после вылета открытый приказ на уничтожение пресс-карт, а на разумный вопрос «зачем?» получила однозначный ответ «так надо». Документы, которыми пользовались журналисты были на английском языке, который в ЦАР не используют, что говорит о плохой осведомленности о стране как таковой, кроме того, ни у кого из журналистов кроме Расторгуева не было мед страховки.
27 июля – начало поездки. Группа должна была провести ночь в Касабланке, после чего вылететь в ЦАР. Но планы поменялись и журналисты прилетают на день раньше. Коняхин в этот момент просит сжечь пресс-карты и заснять этот момент на камеру. Журналисты жалуются на то, что водитель не встретил их в аэропорту и отель не готов. Расторгуеву, Радченко и Джемалю приходится самим с этим разбираться. Коняхин вместо помощи повторяет о том, что нужно сжечь пресс-карты. Журналистам берут первое попавшееся такси и сами добираются до отеля.
С водителями тоже возникает путаница. Журналисты сами находят водителя для передвижения по стране. В переписке указывается некий Бьенвеню Битта. Но по информации африканских силовиков группу сопровождал Бьенвеню Ндувокама. Даже сам Коняхин писал о том, что поведение водителя его настораживает. 29 числа журналисты пытались попасть на военную базу, но их естественно не пустили из-за отсутствия аккредитации. А разумное требование об обращении в Минобороны для получения пропусков руководством ЦУР даже не рассматривалось, вместо этого предлагался «логичный» путь – договориться и/или дать взятку. Радченко пишет о том, что за ними следят уже какие-то «местные». Последние сообщения в чате перед гибелью журналистов были от Коняхина, где он требовал избавиться от водителя и передвигаться самостоятельно. Но оно, как и Привет, вы доехали?» остались без ответа, а через несколько часов в СМИ появилась информация об убийстве журналистов.
Их нашли в 33 км от города Сибута. Бенефициар ЦУРа Михаил Ходорковский рассказал, что обо всех нуждах журналисты могли писать главреду Михаилу Коняхину, и всё необходимое им предоставлялось. О том, насколько слова известного правдоруба соответствуют действительности можно отсмотреть в переписке.