Часть 3.Чарли.Ника.Волчок.
Чарли.
На смену зиме пришла весна. Как сейчас помню:весна,март, разлив, а мы радостные с мамой идем за новой собакой. На этот раз это был месячный щенок. Чарли назвали мы нашего нового питомца с темными бусинками вместо глаз и носом пуговкой..
Тогда мы и не знали, какого размера, и с каким характером будет это наше приобретение. Через два месяца мы с сестрой уехали на каникулы в Подмосковье а Чарли остался с родителями.
Получилось строго,как в анекдоте про хомячка.За лето пес вырос, возмужал и, что самое главное, превратился в настоящего дворового пса. Этой собаке совсем даже не хотелось жить в квартире на пятом этаже, он хотел жить на улице. Это выглядело так:мама выходит на балкон,а во дворе праздно шатается наш Чарли.Мама его зовет домой,тот весело добегает до дверей подьезда и ложится там на асфальт.Какое там " Иди домой",если на улице так интересно? Пришлось Чарли отдавать в хорошие руки в частный сектор.
Ника.
После кобеля Чарли мы четко уяснили, что новой собакой в дом нам нужно брать только девочку. Когда мама получила отпускные, мы пошли на рынок и там увидели неожиданно мужичка с собачкой и крошечными щенками. Мимоэтой картины пройти было невозможно, такими милыми были щеночки. Мама их была редкой породы, на тот момент, той – терьер, а папа? Судя по окрасу щенков, папа был просто небольшая собачка. Мы взяли себе белую девочку с коричневой головой и пятнышками по корпусу. Размером она выросла, к счастью, в маму, а по шерсти напоминала нынешних длинношерстных русских той-терьеров. Назвали мы ее Ника.
Она была любимицей моего отца, постоянной его напарницей в походах на нашу дачу. Стоило ему начать собираться туда, как Ника занимала место на его рюкзаке, чтобы уж ее то, точно не забыли. На даче они прекрасно сосуществовали, каждый был занят своим делом. Папа копал, окучивал, занимался огородом, а Ника самозабвенно ловила в канаве лягушек, охраняла участок или просто грелась на солнышке.
Сохранилось много фотографий, на которых зафиксированы: мой папа – мужчина 184 см ростом и крошечная собачонка, размером чуть больше его ботинка. Но это была взаимная и беспредельная любовь. Его трагическую гибель Ника переживала очень сильно, у нее начался рак, лечить эту болезнь и сейчас не научились, а тогда? Мы уже учились в институте, когда мама сообщила, что Ники больше нет, и похоронена она у папы в ногах на кладбище. Земля им обоим пухом.
Волчок.
Все собаки моего детства в моей памяти имеют свой персональный уголок. Детская память фрагментарна, но иногда диву даешься, как точны те далекие впечатления, даже запахи и звуки сохранены в редкостных подробностях, а уж четвероногие приятели помнятся до мельчайших подробностей. Даже не собственные собаки.
Например, я чудесно помню, как в первый приезд к тетушкам на дачу в Подмосковье, я, тогда шестилетняя, но безумно храбрая и любопытная девчонка, сунула свой курносый нос в щель заборчика, отделявшего усадьбу от места, где сидел на привязи Волчок. Так звали собаку, которую тогда все считали овчаркой, хотя это точно не был ни немец, как моя служебная собака Гита, ни восточник, как Динар – собака номер один в моей жизни. Этот кобель неопределенного окраса охранял дом, который мы снимали под летнюю дачу, так было модно в те времена. Отдыхать на даче, а не « пахать на огороде», как это ассоциируется со словом «дача" теперь.
Естественно Волчок, обалдев от наглости незнакомого ребенка, подскочил к забору и щелкнул зубами, как Волк из сказки « Красная Шапочка». Детская цепкая память сохранила полную уверенность в то, что он и не хотел укусить меня, хотя имел полную возможность это сделать, его задачей было просто напугать, отбив у меня желание повторить подобный фокус. Надо отметить, что ему это удалось, хотя мой крик напугал взрослых больше, чем собака испугала меня.
Но я не прекратила своих попыток подружиться с Волчком, вспоминая нашего Динара, как он терпел меня и мои выходки с его языком и зубами. Надо сказать, что Волчок не шел на контакт и держался долго, не поддаваясь на все мои вкусности, честно стыренные со стола. Но со временем он оттаял душою от внимания маленькой девочки, даже ждал моего подхода и ежегодного приезда на дачу. А уж «своим в доску» он стал, когда я упросила его молодую хозяйку выводить его на прогулку, ведь это – мечта любой цепной собаки, кем и был наш Волчок.
Наша дружба длилась все годы,как мы ездили на летние каникулы в Подмосковье,пока пес не умер от старости.
